Чем мы платим за ИИ

Либо-либо.

Псс. Хотите познакомиться поближе? Думаете, вы слышали уже всё? Подпишитесь на Либо-либо плюс. Там то, чего больше нигде нет. Подробности в описании выпуска.

Привет, меня зовут Самат Галимов, и это подкаст «Запуск завтра». Как технический директор я пытаюсь разобраться, как устроены технологии, которые меняют нашу жизнь. А помогают мне в этом профессионалы, с которыми можно поговорить простым человеческим языком. Каждый раз, когда вы спрашиваете нейросеть, что лучше приготовить на ужин или как ответить на неприятное письмо, где-то в мире тратится электричество для работы серверов и дата-центров. За прошлый год они сожгли электричество примерно как целая Франция, страна с населением почти 70 миллионов человек. Сегодня мы разберемся, действительно ли это проблема, зачем дата-центрам столько ресурсов и как это в итоге влияет на нашу жизнь. Поговорю я с научной журналисткой Ольгой Добровидовой. Это межсезонный выпуск. По подписке либо-либо плюс он доступен на две недели раньше. Спасибо, что поддерживаете нас.

Привет. Меня зовут Ольга Добровидова. Я научный коммуникатор, научный журналист. Как научный журналист я уже больше 10 лет, почти 15 лет рассказываю истории о науке, которые любят обсуждать, любят тоже рассказывать, политики. Помогаю людям понять эти истории.

Я хочу поговорить про дата-центры. Начать хочу с таких животрепещущих вопросов, которые, мне кажется, сразу приходят в голову. Я хотел их сначала назвать стыдными вопросами, а потом подумал, что ничего стыдного в них нет. Первое. Потребление воды. В Инстаграме есть популярные рилзы, где показывают какую-то там деревню, условно, и рассказывают душераздирающую историю о том, что рядом построили дата-центр, он берет воду из местной речки, и больше люди там жить не могут, потому что воды там больше нет. Насколько это реальная проблема, и зачем вообще вода дата-центрам?

дата-центр, как большое-большое скопление чипов, техники, всей цифровой инфраструктуры, очень сильно греется, в том числе потому, что потребляет очень много энергии, очень много энергии расходует, очень сильно греется. И его нужно охлаждать, как любую большую техническую инфраструктуру. и проще его охлаждать системой водного охлаждения. И, собственно, вода забирает тепло и куда-то его уводит. Естественно, эта вода не берется из ниоткуда, она не возникает волшебным образом в дата-центре, он использует какую-то пресную воду из местного источника. Естественно опять же, дата-центры существуют в вакууме, они существуют обычно Чаще всего рядом с поселениями какими-то, если посмотреть, где они находятся. И они, конечно, конкурируют с заводу, с этими пользователями другими, в том числе людьми. Очень мало где, на самом деле, пресная вода – это такой волшебный ресурс, который даже воспринимается. Он, собственно, нигде не бесконечный, нигде небесплатный, но мало где он даже просто воспринимается как бесконечный и бесплатный, поэтому везде возникает вот это напряжение, куда идёт вода, собственно. Ну и, конечно, особенно важный и раздражающий фактор, мне кажется, для тех, кто делает такие лилсы в том числе, состоит в том, что, как правило, дата-центр, владелец дата-центра, который расходует эту воду на его охлаждение, не платит за эту воду по истинной цене этой воды. Потому что тут вмешивается такой экологический концепт как экстреналии, внешние издержки, которые как бы несёт всё общество, несёт природа, планета, но никто их конкретно не платит пользователю. Вот эти экстреналия, например, заключаются в том, что эта вода, она как бы исчезает из оборота питьевой воды доступной, потому что её надо потом очищать, восстанавливать, и на всё её можно использовать после такого охлаждения. И таким образом, в долгосрочном, например, в долгосрочном периоде это сообщество, которое там живёт, может столкнуться с дефицитом воды. За это не платит сегодня владелец дата-центра. Он покупает воду там по каким-то тарифам, иногда он покупает воду по сниженным тарифам. Потому что место, где он с кем договорился, он муниципалитет, например, хочет у себя больше дата-центров. И поэтому делает им какие-то более выгодные условия, преференции дает. Эти издержки, соответственно, несет, их не может никто не нести, их несет общество. И вот здесь дата-центры продолжают охлаждать свои активы.

Почему нельзя построить дата-центр там, где холодно?

Чтобы построить дата-центр, должны сойтись несколько факторов, звёзды должны сойтись определённым образом. Нужно место, конечно же, но там, где холодно, места хватает.

Обычно там никто не живёт.

Обычно там не очень плотная застройка, действительно. Нужна транспортная сеть, чтобы туда довести стройматериалы людей, которые будут строить дата-центры. Потом туда периодически привозить что-то, значит, что нужно для его обслуживания. И самое главное, нужно подключение к сетям, к энергосетям или к тем же, например, водным сетям, водоснабжения. Вот мне кажется, что, если мы говорим о дата-центрах в Арктике, наверное, подключение к сетям Это наиболее значимый фактор. Но при этом, насколько я знаю, есть дата-центры в Арктике, их несколько десятков. В том числе в России есть дата-центры, которые находятся на территории Российской Арктики. Есть компании, которые продвигают такую идею, что давайте их строить там, где холодно. Они продвигают её на самом деле на фоне в основном того, что есть такое издание Rest of World. Они посмотрели на то, где сейчас находятся дата-центры, где они строятся. И, насколько я помню, эта статистика вообще меняется, мы понимаем, каждый месяц примерно, если не каждую неделю, поэтому это не очень благодарное дело, но большая часть дата-центров, по-моему, чуть ли не половина находится всё ещё в США, на самом деле. А если посмотреть на весь остальной мир, то дата-центры находятся в странах, где они находиться не должны с точки зрения климата. Там слишком жарко, там будет ещё жарче. Мы видели весной атаки Ирана на ближневосточные страны, в том числе по дата-центрам. Первый вопрос у меня, который возник с этой точки зрения, а что дата-центры делают в стране, где температура летняя по 50, и где всё, что мы знаем об изменении климата сегодня, говорит нам о том, что там будет ещё хуже. Логика вот это вот, почему бы их не построить там, где холодно, она сейчас идёт абсолютно в разрез, да, с сегодняшней действительностью, что позволяет, конечно, компаниям уходить, говорить, а вот мы построим в Арктике, да. Есть идеи построить их глубоководные дата-центры, да.

Вот, я просто помню, 10 лет назад Microsoft делал прямо такие контейнеры морские, знаешь, которые для перевозки. Вот он их погружал в воду, и что с этим произошло? Я просто после этого ничего не слышал.

На самом деле, насколько я знаю, далеко технологически эта идея не ушла дата-центров, потому что это тоже довольно дорого. Любой пилотный проект это может реализовать в каком-то маленьком масштабе, потому что убирание было бы очень дорого. Я знаю, что в Китае есть такие идеи тоже по размещению дата-центров. Ну и самый экстремальный вариант этого подхода, давайте поставим их, это Космос. Давайте отправим в Космос. Космос вообще хорош, на самом деле, с точки зрения планировщика дата-центра. Прежде всего, там нет вот этих самых поселений и жителей, которые делают рилсы в Инстаграме. Это очень помогает, да. То есть туда можно вот как бы что-то отправить, да, и там никто не будет тебе петиции писать, значит, да, тегая тебя в соцсетях или что-то такое. Значит, там никого нет. Там самый большой источник энергии бесплатный—

солнце.

Причем можно же сделать, так подобрать орбиту, так подобрать параметры размещения этого дата-центра, что в принципе ты все время будешь на солнце. Ну, правда, там, конечно, будет тогда и температура соответствующая, опять же, к вопросу нагревания. А там нет ни воздуха, ни воды, да, которые могут конвекцией убирать тепло. Там нужно излучение, по-моему, да, называется, если я правильно помню.

Там нужно, типа, такие же вот у тебя есть солнечные панели, а рядом должны в пять раз больше стоять таких специальных панелей, которые излучают это тепло.

И туда, в принципе, в представлении капиталистов можно отправить сколько угодно дата-центров, потому что космос, он как бы бесконечный. Тут, конечно, много очень мелкого шифта. Я знаю, что с прототипа-то запускают, на самом деле, многие. Есть вот, помимо того же SpaceX, у Google есть какая-то идея в какой-то кластер спутниковый.

У всех богатых тяне-мальчиков есть проект по запуску дата-центров в космос.

При этом я видела оценки, что они все, естественно, оперируют либо отдельными аппаратами, либо кластерами аппаратов на несколько десятков аппаратов. Это всё совершенно не масштабы, даже каких-то небольших центров, не говоря уже о... гиперскей, вот эти огромные штуки. Ну и конечно, конечно же, вот это ощущение, что космос бесконечный, туда можно отправить всё, что угодно, оно такое, не сказать, что ложное, но наивное, потому что проблема космического мусора немедленно встанет для любого такого проекта в масштабах. Не то, чтобы у нас там сейчас свободно пространство, а проблема мусора есть и для беспилотных аппаратов, и для пилотированной космонавтики. Это во-первых. А во-вторых, туда нельзя просто что-то отправить и забыть про это, и пользоваться своей языковой моделью сколько влезет. Потому что ты постоянно придёшься защищать этот актив потом. И у нас тоже нет каких-то здесь технологий. То есть звучит это, конечно, классно, но я бы не сказала, что это упрощает задачу.

Просто переносит сложности в другое место.

Ну, можно сказать, что это даже в капиталистической логике не очень укладывается хорошо. Но опять же, все эти проблемы космического мусора – это же тоже экстерналии, в принципе. Не мы платим за них, а кто-то платит. Ну, человечество платит в данном случае, если оно хочет продолжать в космос летать.

Окей, про охлаждение мы с тобой чуть-чуть поговорили, теперь хочу про электричество. Это другая проблема, которую часто называют. Кажется, что строят рядом с городом дата-центр, электричество должно дорожать. Хотя я слышал где-то разборы, что на самом деле вот в некоторых городах электричество, наоборот, дешевеет из-за того, что рядом построили дата-центр. Что реально происходит, как это устроено?

Я помню отдельные такие истории из США, когда человек, живущий в части езды от так называемого дата-центра Вэлли, вот это место на севере штата Виржиния, где очень много дата-центров скопилось. Он увидел, что у него там на какой-то Несколько десятков процентов вырос счет за электричество, просто потому что нагрузка на энергосистему возросла. Опять же, эти дата-центры, они еще не приносят с собой дополнительные мощности, они полагаются на существующие, иначе зачем? Вернемся вот в эти размышления строителя дата-центра, который хочет создать дата-центр. Он отказался от идеи разместить его в Аптике, построив там какую-нибудь, не знаю, приливную электростанцию, пока не хочет ни в океан, ни в космос, всё-таки вот где-нибудь найдём подключение к энергосети, значит, с трансформаторами, линиями электропередач и источником электроэнергии. Тут в разговоре возникают муниципальные власти, региональные власти, которые обычно вместе с оператором наркосистемы, с компанией, которая продает электроэнергию, пытаются как-то вот обсудить этот вопрос, значит, как вас подключить, кто подлечил эти расходы в некоторых странах, где располагаются дата-центры. Это демократические власти, которые считают себя обязанными отвечать перед населением тем самым, которое недовольно всем этим делом. Поэтому даже подключение к существующей энергосистеме, которая на бумаге выглядит как оптимальный вариант для строителя дата-центра, оно уже может быть проблемной историей, на самом деле. Особенно если ты строишь не первый дата-центр, а 101 дата-центр. И все эти люди, которые могут проголосовать против твоего проекта, они уже посмотрели эти вилсы в Инстаграме. И некоторые строители дата-центров находят совершенно логичное решение. Они привозят к своим дата-центрам на своей площадке собственную энергию, но, естественно, не в виде солнечных батарей или ветроустановки, а, собственно, этого генератора.

Просто дизель-генератор.

Дизельный генератор, да. Это мне больше всего напоминает историю с вот этими автомобилями, грузовыми автомобилями с рекламными щитами, которые ездили по Москве, по России вообще в какой-то момент, когда определённую рекламу запретили, стационарную. Появились вот эти машинки, которые приезжают, стоят там какое-то время, паркуются. По закону это автомобиль, а не рекламный щит. Но на нём стоит огромный рекламный щит, который рекламирует то, что там, по идее, нельзя рекламировать. Вот история с этими генераторами, она примерно такая. Ну вот, самая известная здесь история, это, конечно, история с Илона Маском, который свой вот один из колоссов этих дата-центров в Теннесси, он как раз таким образом довольно долго снабжал электроэнергией, чем, конечно, сильно разозлил всё местное население, потому что люди это видят, во-первых, да? Это, опять же, возвращаясь к тому, что наглядно, а что нет. Когда ты видишь, что эти машины приезжают, что этот центр работает, а ты дышишь, соответственно, тем, что они там производят попутно, ну, это вызывает вопросы, опять же.

Слушай, вот мы про всё это говорим, но где эти дата-центры конкретно находятся? Потому что, судя по вопросам, которые я составил, это всё происходит в американских деревнях, где и воды раньше не было, и теперь уж совсем ложись, помирай. Где они реально, и сколько их?

Конечно, количество дата-центров там. Мы сейчас при записи скажем какое-то число одно, да?

Пока будем монтировать эпизод, оно уже вырастет.

будет еще больше. Насколько я понимаю, около 10, примерно, тысяч плюс-минус дата-центров в мире сейчас. Вот примерно 4 тысячи или что-то такое находится в США. Большое количество в Европе, на Ближнем Востоке. А дальше, если посмотреть на карту, все примерно как-то равномерно. Что интересно, если я смотрю сейчас на карту, которую опубликовала вот это издание Rest of World, которое делает материал про климатические риски для дата-центров. И на их карте, где как раз обозначены все эти дата-центры, очень хорошо видно, что они по большей части находятся на побережьях. Условно, да, то есть не прямо, естественно, на береговой линии, но где-то близко. Просто потому что там люди живут, по большей части. И это тоже, если так смотреть далеко, это тоже, в общем, дополнительный риск, потому что если ты строишь дата-центры не просто там, где может быть очень жарко, но там, где еще может быть очень мокро...

Два дня просто тупо.

наводнение и подъём уровня Мирового океана, который медленно разрушит твою инфраструктуру. Это, в общем, тоже некоторая проблема. И, по большей части, они находятся в местах, если наложить на эту карту температурную карту, где есть диапазон температур окружающего пространства, которое подходит для дата-центра. Материали ссылаются на Американское общество инженеров по охлаждению и кондиционированию систем. От 18 до 27 градусов должна быть средняя температура там, где оперируют, там, где работает дата-центр. Ну и по большей части все эти дата-центы находятся не в таких местах совсем. То есть это дополнительная нагрузка на конечно, на систему охлаждения. Последние оценки, которые я видела по арктическому региону, это порядка 30 дата-центров, например. Просто для порядка, сколько дата-центров всего и сколько их построено в самом холодном месте. Ну, опять же, Не хочется подавать идеи тем, кто собирается строить дата-центры, но вполне возможно, что даже наступит момент, когда мы решим, что их удобно размещать в Антарктике, потому что она выгодно отличается от Антарктики тем, что это континент, собственно. Очень специфический правовой статус, конечно, сейчас там нельзя строить дата центры, к счастью. И я надеюсь, на самом деле, вот почему я все-таки решила это сказать, я надеюсь, мы посмотрим на то, что происходит с дата-центрами и решим, нет, пожалуй, мы не будем их там строить.

Пусть там... Пингвины не голосуют, мне кажется, вообще проблемы нет.

Не знаю, может быть, это парей, которые следует заключить, будут ли дата-центры в Антарктиде в следующей половине XX века, потому что до середины XX века, до с 1 века Антарктида защищена от идей строить дата-центры, а потом уже там чуть-чуть более сложная ситуация. Ну вот там, где сейчас можно строить дата-центры, там, где холодно, их, в общем, считанные единицы, можно сказать, десятки.

А что в России вообще происходит? Где они в России находятся? Чем Россия отличается от США в этом плане?

Первое, чем отличается Россия от США в этом плане, это уровень прозрачности. потому что мы знаем о дата-центрах в США несопоставимо с тем, что мы знаем о дата-центрах в России. Есть на это много причин. Банально, большая часть истории о дата-центрах в США создаются местными журналистами. уже поэтому параметры России сильно отличаются от США, от того, что могут местные журналисты, о чем они могут написать, не могут написать, общая насыщенность внутреннего рынка и ситуация в журналистике глобально. Поэтому мы намного меньше знаем, на самом деле, о каких-то таких вот моментах, кто чем занимается в этом плане. Мне попадались какие-то такие, опять же, индустриальные, отчёты, сколько чего за 2025 год. Число проектов по строительству дата-центров выросло на 27%, сумма вложений достигла почти 54 миллиардов рублей. Там в отчёте говорится, что двигатель этого всего – это локализация данных, потому что, как я понимаю, данные российских пользователей должны храниться на территории России. Вот есть такой двигатель.

сравнение, вот эти 54 миллиарда рублей, это в сравнении с тем, что делает Америка, Китая, это сколько?

Я думаю, что это капля в море. Но там достаточно сказать, что вот по данным того же отчета, они, получается, весной 2026 года его опубликовали, реализовалось 113 проектов дата-центров.

113, а там было 4 тысячи.

Около четырёх тысяч, скорее всего, уже больше сейчас. Когда подкаст выйдет, ещё больше будет. Насколько я понимаю, несмотря на вот эти два или три дата-центра в Арктике, которые есть, по большей части это всё-таки европейская территория России, Москва, Санкт-Петербург, Московский регион, Санкт Петербург и Питерский регион. Ну и насколько мне известно, опять же, это такие лидеры в этой истории, в этих проектах, это условные компании типа Ростелекома, Росатома, крупные корпорации, которые, насколько я понимаю, пока делают все-таки какие-то in-house, какие-то внутренние истории для себя строят, то есть дата-центры, и, соответственно, опять же, не очень заинтересованы в какой-то прозрачности, потому что это какая-то их внутренняя история. Собственно, зачем?

Слушай, мы с тобой обсудили проблемы, которые появляются локально, то есть конкретно в тех местах, где строятся эти дата-центры. Теперь я хочу немножко увеличить масштаб и поговорить о проблемах, которые появляются, когда мы смотрим на дата-центры на уровне государств. Во-первых, важно, мне кажется, что не все их могут себе позволить. Как меняется распределение сил в мире из-за этого? Как это влияет на глобальное неравенство?

Есть новые какие-то моменты, связанные с неравенством, которые связаны с самой технологией, с инструментами искусственного интеллекта. И есть усугубление уже существующих проблем. Одна причина, по которой большинство дата-центров находятся там, где они не должны находиться, в статусе жарения климата, состоит в том, что там просто много денег, как, например, в Ближнем Восточном Штате, чтобы это построить. А это очень дорогое предприятие.

Ну и энергия, бесплатное электричество.

Ну, в общем, да, условно-бесплатное электричество. Мы помним, что когда что-то бесплатное, типа электричество, на самом деле за это кто-то платит. А вторая причина – это, безусловно, то, что там… Это страны условно-глобального юга, в том числе, где много тоже где-то центров построено, где стоимость труда ниже. Регуляторные вот эти заграждения, к которым нужно перепрыгнуть, чтобы подключиться к сети по качеству воздуха и так далее, тоже ниже. Естественно, если ты строишь Такую инфраструктуру, которой покупатели, которые, да, использователи, которые могут находиться где угодно, в принципе, да, если ты геополитические какие-то соображения не включаешь, то ты её будешь строить там, где при прочих рамках это дешевле. Вот ещё дата-центры оказались в жарких местах таким образом, да, потому что там из капиталистической логики выгоднее их строить. И это, конечно, ну… Учитывая, что они не получают или получают минимум какой-то выгод от наличия этого центра на своей территории, и получают все вот эти внешние издержки, связанные с шумовым загрязнением, цветовым загрязнением, загрязнением воды и так далее, и воздуха, и всего прочего, то есть они несут эти издержки неизбежно. Это, конечно, усугубляет существующее неравенство.

Расскажи, как устроена экономика дата-центров. Я слышал, что это похоже на модели, из-за которой в 2007 году в США случился кризис кредитования жилья.

Те огромные расходы, огромные вложения в инфраструктуру, которые несут все эти компании, строящие дата-центры, они все очень часто бывают оформлены как кредиты под залог чипов. И вот параллель как раз с рынком жилья в США и то, что там произошло, она состоит в этом, что если ты уверен, что спрос на чипы будет расти, и они все еще будут востребованы, твои услуги как владельцы этого дата-центра будут востребованы, потому что будет много инструментов, которые будут использовать всю эту мощность вычислительную, ты можешь тогда взять кредит Тебе его дадут, потому что, если это вера общая у всех, то остается вот это ощущение, что они сами за себя заплатят потом когда-нибудь, эти технологии. На рынке недвижимости в США ощущение было, что дома будут непрерывно расти в цене.

Жилье всегда будет дорожать.

Да, оно всегда будет дорожать, и поэтому все будет хорошо.

Можно под залог первого дома взять второе, потом третье и так далее. И вот пока тебе дают залог, Здесь

начинается этап финансового рынка хардкор, который включает инструменты, например, что, по большей части, это не сами компании-собственники выступают заемщиками, а какие-то отдельные специальные компании-дочерни, созданные только под это, у которых больше ничего нет, кроме обещания того, что у них будет вот это вот. Потом дальше это же, как в случае домов, например, можно было покупать. портфели кредитов, то есть тот, кто изначально должен, может, смог их потом продать, и он их объединял, это было такое слово collateralized, объединенные, потребленные залогом и упакованные в виде облигации, чтобы ты не по одному кредиты продавал, а сразу покупал, а сразу десятками тысяч. В какой-то момент вот эта всеобщая уверенность в том, что всё будет хорошо, привела к тому, что в таких пакетах качество, на самом деле, хороших заёмщиков, у которых был источник дохода стабильный с помощью которого они могли рассчитаться за кредит, оно начало, среднее это качество начало падать, падать, падать, а рейтинг примерно оставался такой же. То есть даже те, кто не планировал вообще-то в рискованные инвестиции, оказывались в ситуации, когда Вот конечный заёмщик, на котором всё держится, он не может больше платить по кредиту, и всё, вся эта цепочка разваливается. Здесь, соответственно, конечный заёмщик – это чип, на котором работает эта технология. Если они востребованы, если нам нужно всё больше, больше, больше чипов, если нам нужно всё больше, больше, больше дата-центров, и если мы верим, что то, что сейчас происходит с точки зрения экологического следа, останется как есть. Потому что если все издержки, которые сейчас находятся вовне этой экономики, расходы на воду, расходы на электричество, плата за подключение к сетям и так далее, если это всё вернётся создателям дата-центров, то расчёт их сразу очень сильно изменится. В каком-то смысле это вера не только в то, что нам нужно будет всё больше, больше, больше чипов.

Но то, что общество будет продолжать платить.

Общество будет согласно продолжать вот это всё делать. И тут вот как бы... У меня тоже есть вопросы, на самом деле, на этот счёт. Будет ли общество согласно на это всё?

Что будет, если всё-таки этот бум схлопнется? Или хотя бы чуть-чуть замедлится, и инвестиции прогорят? Что останется?

Очень интересно. Много больших помещений для чего-то следующего, потому что я, насколько знаю, первые дата-центры, собственно, строились в больших каких-то складах оставшихся предыдущих промышленных, не революции, но предыдущих промышленных моментов в истории тех же США. Это вопрос сложный. Вот, кстати, сложный вопрос. Напомнил меня еще в одном аспекте дата-центров, влияние их на окружающую среду экологического импакта. Это, конечно, электронный мусор. Вот что останется от дата-центров. Опять же, учитывая, что мы, в принципе, глобально, даже на этапе, когда у нас не было вот этой вот потребности чипы-чипы-чипы сегодня-сегодня, макрай завтра, когда не было вот этого бума инфраструктурного создания дата-центров, даже на этом этапе мы не очень хорошо справлялись с электронным мусором, в принципе, от техники, которая у нас есть. С глаз долой, с сердца в лоб, еще можно как-то более-менее какого-то подрядчика выбрать в третьей стране, куда это все поехали. Можно еще прорезализы выпускать, фокусы золота добыл из своей техники переработанной дополнительно. То есть, да, справляюсь в такой очень опять узкой капиталистической логике. И это все было до того, как мы начали строить. Вот это вот все с дата-центрами. Ну, то есть, что останется, останутся большие здания, останется электронный мусор. А так, ну, вопрос на самом деле, что останется. Мне кажется, еще непонятно.

Важный момент, потому что, когда ты железную дорогу кладешь, у тебя вот эти железки, они как бы полезны в любом случае. А с дата-центрами есть такая проблема, что Каждое следующее поколение чипов, оно в разы мощнее, чем предыдущее поколение. И предыдущее поколение нафиг никому не надо, потому что оно электричество столько жжет, что это примерно как, я не знаю, на очень старой машине ездить тебе такое не надо.

А те, кто делает эти чипы сегодня, никто с них, конечно, не требует денег на утилизацию этих чипов потом, правда? Никто же утилизационный сбор не платит за производство чипов?

Вообще, у телеборно-чипа эта интересная идея такая, очень хорошая. В Евросоюзе и так полтора производителя чего-нибудь, их, наверное, добьют этим. Регуляция-то хорошая, только опять добьют. Окей, давай, сладкое, напоследок. Вот мы с тобой обсудили, чем дата-центры плохи. Как ты считаешь, то, что мы получаем от искусственного интеллекта и от современных вот этих IT всяких решений, оно того стоит?

Я не буду говорить о всех сразу, давай попробую про себя поговорить. Кто я такая? Я журналист, который следит за этой темой. Я, по идее, аудитория, одна из аудиторий компании разработчиков инструментов искусственного интеллекта и создателей дата-центров. Они, по идее, меня должны убедить в том, что как раз то, о чём ты говоришь, что это всё того стоит. И при этом я ещё такой, в этой модели цены их аудитории, я потенциальный power-user этих историй. У меня есть интервью, которое мне надо расшифровывать, источники, которые мне надо обрабатывать. По их версии могу какие-то тексты генерировать с помощью этих инструментов.

Ты идеальный клиент.

Да, я такой, не то чтобы идеальный клиент, но у меня, по крайней мере, еще есть деньги, чтобы платить за эти инструменты. Опять же, в экономической модели я такая желанная аудитория. Я скажу так. Как журналист, я не нашла для себя ни одного аргумента использовать сейчас технологию искусственного интеллекта. У меня есть даже такой внутренний маленький квест, что я пытаюсь поручить каким-то инструментом разные задачи, а потом, соответственно, пытаюсь понять то, что оно сделало за какое-то количество итераций. Как в моей голове это соотносится с вот этими внешними издержками, даже не со стоимостью воды и электричества, которые кому-то заплатил, я надеюсь, владелец дата-центра, который обслужил мой запрос. Потому что это, конечно, трудно сделать, и в идеальном мире должным. Я бы ещё, может быть, для каждого запроса отдавала такую картинку. Вот вы спросили у чат GPT, что это за странная сыпь у вас на спине. Вот на этот запрос он потратил 4 литра воды. Количество парниковых газов, которое попало в атмосферу в результате того, что ваш запрос обработан. Вот такое вот. Это, конечно, никогда не будет, но чтобы потребители, конечные потребители, которые рядовые, скажем, пользователи этих инструментов, потребители этих услуг, видели вот эти скрытые издержки. Я их себе представляю примерно. Я, конечно, не буду даже пытаться говорить, что я знаю точные какие-то цифры. Я понимаю, с чем связан этот запрос. И вот даже те задачи, которые худо-бедно как-то, вот мне кажется, меня устраивает результат, который может сделать Не знаю. И агент в Notion, вот у него есть рутина, он мне создает определенного типа страницы каждый месяц, которые мне нужны для моего второго мозга. Вот, да, вручную этот там. Мута она довольная, ему даешь одну команду, он создает. Ну, честно говоря, вот, положу руку на сердце, не стоит это того. Вот если это вот такие задачи, да, этого не стоит. Более того, с другой стороны этого, не то, что я не могу найти задачи, которые мне подходят. Попытка найти такие задачи может обернуться для меня таким репутационным ущербом, как для журналиста, как для автора научного контента, что я потом понесу мои личные сдержки, будут огромные просто. Поэтому мне проще. Для меня вот этой осмысленности нет.

Мне самому кажется, что эта штука как будто, может быть, даже ничего радикального не создавая, она очень сильно ускоряет все, что и так происходило. Я это вообще в программировании очень хорошо вижу. То, что раньше занимало там несколько дней, неделю, сейчас можно сделать за несколько дней и даже часов иногда. И это, конечно, точно типа по-другому. Я не знаю, хорошо это или плохо, но точно по-другому. То, что раньше я не мог сделать, потому что у меня не было там команды и бюджета на это, я сейчас могу сесть и один самостоятельно сделать. Очень интересно. Наверное, это связано с тем, что программирование раньше других сфер может автоматизировать свою работу, а в остальных областях, видимо, это сложнее дается.

Я соглашусь, что это задача просто, которая подходит для оптимизации с помощью узковой модели, мне кажется, которая генерирует хорошо прогнозируемый текст в ответ на запрос. Но ещё опять же, вот ты говоришь, у меня не было бюджета, чтобы такую задачу реализовать, теперь я могу это сделать. Если раньше бюджет был бы явным, расходы были бы явными, вот есть люди, которым ты платишь зарплату, вот есть там не знаю, подписка на инструменты, которые нужны для того, чтобы этот задачу решить. И тогда, да, кажется, что это дорого. Когда ты поворачиваешься к ноутбуку, за несколько итераций что-то делаешь, кажется, что ты потратил деньги на подписку вот только на этот инструмент. А на самом деле, очень сильно субсидировано. Потому что, если бы, опять же, один вариант из идеального мира должен быть озвучен, когда ты просто видишь в окошке, сколько ушло на электроэнергии.

Это меня не сильно остановило, давайте будем честны.

Вот. А следующий вариант, еще более невозможный, это что ты получаешь счет и просто какой-то алгоритм твоего вендора, твоей системы определила, сколько ты можешь платить, отражающий реальную стоимость этих инструментов, в конечном итоге для тебя лично. Потому что, когда говоришь «для человечества», кажется, что все вокруг всеобщее, как бы ничего получается. Но на самом деле это наше тоже. Можно сказать, что это для тебя личная стоимость, даже если этот ущерб по факту наносится, не знаю, в Малайзии или где-то там в дата-центре построенном. и электронную мусору разбирают. На самом деле это для тебя тоже, для твоих потомков, для твоих близких. Если бы такой счёт получали, мне кажется, количество слопа бы сильно уменьшилось.

– Ох, Оль, спасибо тебе большое. Очень классный разговор.

– Спасибо за приглашение.

– Есть о чём подумать. Это был подкаст «Запуск завтра». Мы делаем его в студии либо-либо. Над эпизодом работаем. Редакторка— Рита Бердени. Продюсеры— Данил Остапов и Аня Коваленко. Монтажер— Сергей Христолюбов. За джингл спасибо Алексею Зеленскому. Продолжение следует...