Доставка и логистика. Как страну превращают в товаропровод

Всем привет! Меня зовут Самат Галимов, и это подкаст «Запуск завтра». Как технический директор я пытаюсь разобраться, как устроены сложные и интересные штуки. Я зову профессионала, с которым можно поговорить простым человеческим языком. Дорогие друзья, нашему подкасту исполняется два года. В честь этого. Это будет трансляция на YouTube, где я поговорю с гостем— Кириллом Беловым. Кирилл— управляющий партнер в венчурном фонде ImpulseVC. Это значит, что Кирилл как раз решает, дать стартапу денег, там, каких-то сотен тысяч или миллионов долларов или не дать. Это, кажется, со стороны такой немножко магический процесс, потому что непонятно, как он принимает эти решения. Вот про это я с ним и поговорю. И еще я у него, конечно, спрошу, как питчить стартапы и как их точно не надо питчить. Еще у вас будет возможность самим задать вопросы в YouTube, в лайв-чате и в нашем Telegram-чате. Самые лучшие вопросы я задам Кириллу прямо во время трансляции. Подключайтесь к нашей YouTube-трансляции в понедельник, 8 ноября. Она начнется в 8 вечера, но я рекомендую подключиться чуть пораньше, потому что вы же слушаете подкаст с самого начала, а здесь редактуры никакой не будет, будет живой разговор, так что не опаздывайте. Ссылку на YouTube события я положу в описании к этому эпизоду. Вы можете туда перейти и прямо сейчас настроить уведомления, чтобы не пропустить. Ждём вас всех! Когда мне говорят слово «логистика», я представляю себе что-то дико скучное такое, офисное, какие-то фуры ездят из 90-х что-то. Это, кстати, похоже ощущение, как у меня было с CRM'ками, пока им не записали наш прошлый эпизод. На самом деле, логистика— это кровеносная система нашего современного общества, нашего мира, в котором мы живем. Благодаря классной, быстрой, дешевой доставке мы можем круглый год есть свежие фрукты и заказывать товары из разных интернет-магазинов и буквально за несколько дней их привозить прямо к нам домой. как вся эта огромная система работает, мне очень хочется разобраться, потому что это одна из классических задач, у которых сочетаются реальный мир, в котором все такое, знаете, нечеткое, человек может запить, дорогу могут перекопать, в общем, может произойти что угодно, и очень сложная IT, потому что классическая задача программирования— задача коммивояжёра, когда нужно найти кратчайший путь между двумя точками. То есть тут, с одной стороны, сложная интересная математика, программирование, а с другой стороны— реальный мир. Когда эти две вещи сочетаются, получается самая сложная и интересная система. Как это все устроено, как это все работает на практике, я расспрошу нашего сегодняшнего гостя. Это подкаст студии Либо-Либо. Мы его сделали вместе с сервисом онлайн-образования Яндекс Практикум. У Практикума есть курсы по разработке, по анализу данных и по английскому языку. А еще Практикум будет участвовать в онлайн-конференции про образование, которую проведет Яндекс. Ссылка на эту конференцию есть в описании к этому эпизоду. Там будет не только про то, как лучше учиться, но еще про саму науку, например, про черные дыры. В общем, подключайтесь, регистрируйтесь и участвуйте.

Меня зовут Сергей Климаш, я заместитель генерального директора сберлогистики и занимаюсь я технологиями.

Всё началось с того, что Паша Боровков, рассказал мне историю о своей подружке. Подруге понравились орехи, пока она была в Сочи. И она, значит, приехала в Москву и говорит, вот такая жалость, нет таких классных орехов в Москве. Ей говорят, а ты что, просто пускай твой друг купит там, в Сочи, положит в постамат будут у тебя. И на самом деле друг покупает орехи у продавцов на рынке, опускает их в ПК-мат, через день за 99 рублей орешки у него в Москве. Для меня это полный взрыв мозга, начиная с того, как это быстро произошло и заканчивая тем, что это стоило 99 рублей. Вот я сегодня хочу с тобой вместе разобраться, как это работает на масштабах вот такой огромной страны и такого огромного сервиса с таким количеством пользователей. Я так думаю, что методы и сложности в доставке, они зависят, во-первых, от расстояния, а во-вторых, от типа посылки. Начать я хочу с этих орешков, то есть это маленький пакет на очень большое расстояние, ну Сочи-Москва. Вот друг положил их в Пакамате в Сочи, подруга вытащила в Москве около дома в Пакамате. Какой путь проделали эти орешки?

С орешками это все достаточно просто. Человек зашел в Сбербанк онлайн, то есть мы банк превратили немножко в почтовую организацию, по сути, в сервисную, которая теперь выдает посылки. Вот сейчас мы готовим в Екатеринбурге, там будет примерочная. Два года назад смотрели банкиры странно и говорили, что мы, наверное, немножко сумасшедшие люди. который не понимает, отделение банка, и вообще там про деньги только, про карточки. А теперь, на самом деле, туда за последний там, по-моему, профномесяц больше 600 тысяч человек просто пришло за посылками, которые еще и какие-то другие сервисы взяли у Сбера. А с орешками все просто, он зашел в Сбербанк онлайн, решил отправить посылку, выбрал постамат, Выбрал ячейку, получил код, пошел, положил этот код, ввел туда информацию, кто должен получить. Ну, самое важное, это сейчас мы все через мобильный телефон друг друга узнаем. И тот, кто должен был получить, получил смс-код для того, чтобы прийти и забрать через там день, через два дня, ну, зависит от того, где это находится. Все. А если что под капотом, ну, соответственно, банк в связи с нами передал нам информацию о том, что В почтомате нужно забронировать эту ячейку. Соответственно, мы через свою систему поняли, что ее не только забронировали, но туда и положили эти орешки.

Скажи, пожалуйста, почтомат, он ваш или он внешний? Или вы его арендуете у кого-то?

Самая крупная за два года стала сетью постоматов. Это больше 8,5 тысяч постоматов. И уже 5,5 тысяч отделений Сбербанка стали пунктами выдачи заказов помимо постоматной сети.

Офигеть!

А вообще это сейчас больше тысячи городов.

То есть ты можешь получить посылку не только в постомате, но и просто в отделении?

Да, я же говорю, примерочные, мы устанавливаем.

Про примерочные мой мозг отфильтровал эту информацию. Окей, первый шаг— это постаматы. Ты сказал, что их там больше 5-8 тысяч, да, уже? Как ими управляют? Это же не просто железные ящики, там у них какие-то мозги есть внутри.

Там стоит Linux, внутри специализированный софт, который управляет всеми этими. ячейками, которые открываются, закрываются, и он передает телеметрию, соответственно, как-то в центр управления постаматной сетью.

Что, есть прямо такая большая комната, в которой типа гигантская карта всей России, на ней светятся постаматы? Вот такое?

Слушай, это, конечно, утрировать, но там, ну да, есть, конечно, на карты наложена постаматная сеть, туда приходит статус.

Linux— это операционная система, то есть Каждый постамат это еще и компьютер, который им управляет, и у него там свои операционные системы.

Она передала информацию дальше по системе того, что, собственно, произошло такое событие. Приехавший туда живой человек, не робот, оттуда все вот эти посылочки, которые нужно изъять, забрал.

Это в Сочи все произошло?

Ну, в Сочи заложил. положил их в машинку и, собственно, объехав по определенному маршруту, который у него назначен, вернулся к себе на станцию, сдал эти посылки. Они прошли, собственно, внутреннюю сортировку. С этой точки зрения пока ничего нового не происходит. Собственно, они легли на маршрут в Москву.

Воу-воу-воу! Очень быстро для меня. Сортировочная станция, ты сказал. Это какое-то здание, в которое привозят из части Сочи или это на весь Сочи один такой сортировочный центр? Я что-то не очень понимаю.

Слушай, это Сочи, да, сортировочный центр, это на станции.

На город.

Ну, на Сочи. Ну, в Москве их там сейчас две будет четыре, вот, на Сочи одна. Ну, вот он туда приезжает, соответственно, такой условно мы можем называть склад, но это не склад, понятно, что это некое производственное помещение, в котором выполняются различного рода действия, связанные там как с сортировкой различных грузов, посылок. Оттуда приходят и уходят транспортные средства, как внутри городской перевозки, так и между городской перевозкой. То есть, на самом деле, это такая труба транспортная, через которую это попадет в Москву. То есть, на самом деле, вся логистика превращается в управление потоками. То есть, вот там Северный поток-2, по которому идет газ, представьте, что у нас по всей России проложены трубы, по которым идут товары. То есть, это превращается в товаропровод. То есть, концепция у нас так и называется – товаропровод. Проведём товаропровод до каждого гражданина.

То, что ты назвал сортировочная станция, это, я так понимаю, отдельная интересная штука, я про неё хочу в конце эпизода поговорить. Но вот сейчас, допустим, она как-то сработала, и ты сказал, что посылка легла на путь из Сочи в Москву. Что с ней дальше происходит? Вот как эта труба устроена изнутри?

Ну смотри, она легла, например, на какой-то полет, который поедет в Москву, то есть её, что называется, обполетили, то есть её обернули целлофаном давным-давно или неким образом обработали, собрали. На нее наклеили штрих-код, чтобы ее можно было как-то обозначить в нашем мире. Когда приехала машина, которая едет в Москву, все эти коробки, палеты, поддоны сложили туда, закрыли, опечатали, нажали кнопку. И в системе пометилось, что она попала в транзит. Пока машина доедет до Москвы, она находится вот в этом транзите, груз движется.

Это просто машина едет, грузовик.

Да, это просто машина едет, у нее есть GPS, он передает свои данные. Но это не принципиально, это просто скорее для безопасности. Она приехала в Москву, встала на какие-то заранее запланированные ворота и ее разгрузили. Соответственно, вытащили это так называемое грузовое место. И дальше их рассортировали, обработали. Что-то поехало дальше, потому что мог заказать, а где-нибудь из Владивостока. Тогда он туда полетит, наверное. А кто-то мог заказать в Воронеже. Они поедут в Воронеж на машине такой же. Вот, собственно, они, как потоки в трубе, по различным трубам разводятся дальше.

Орешки в Москве приехали в сортировочный центр. Он такой же, как и в Сочи? Или он отличается чем-то?

Это огромный. Там тысяч пятидесятная, ну, сорок, точно, сорок четыре, по-моему, тысяч квадратных метров огромная, и там огромная машина стоит сортировать. Если там люди ручной-то сортируют, а тут машина, то есть принесли эти орешки, положили, машина такой... Ну, на самом деле, ее задача быстро рассортировать, прочитав штрих-код, она ее взвешивает, читывает, бросает на большую ленту, он катится по этой, едет по этой ленте, и потом она в нужную, собственно, там, условную коробку Сбрасывает, соответственно, вот она его сбросит, и дальше она приедет на как раз уже московскую станцию. Вот на станции ее, собственно, как уже, по сути, там, то, что называется, выдадут, это называют, такое есть, last mile.

Последняя миля. Это уже человек, который привезет ее в Пакамато.

Это уже назначен будет ночью курьер, он приедет рано утром, ему дадут, условно, там, опять русское слово, кейдж. Вот такая сетка, коробку, да, вот скажут, вот доставляй, и у тебя вот твой доставочный лист, вот твой список, адресовку надо приехать и доставить. Где-то он доставляет это людям, где-то он доставляет это, приезжает вот в банк, в отделение, что-то сдает в пункт выдачи заказов, что-то закладывает сам, собственно, вот в автомат. Закладка достаточно простая, просто сканирует этот штрих-код, открывается нужная ячейка, он туда закладывает и захлопывает. Вот после этого вот эта вот машина со своим интеллектом дальше сообщает о том, что всё, меня заложили, теперь можно отправлять сообщение о том, чтобы девушка пришла и забрала свои орешки.

И ей приходит пуш-уведомление, она приходит, забирает, опять показывает штрих-код, и у неё открывается крышечка.

Понятно, что за этим есть еще интеллектуальная система прогнозирования и управления постаматной сетью, когда у тебя тысяча... сейчас тысяча тринадцать, то есть это больше тысячи городов, восемьдесят регионов. Понятно, что тебе нужно, как и в любом магазине, супермаркете, оборачиваемость, то есть тебе нужно как можно быстрее, чтобы эта ячейка освобождалась, она должна простаивать. Это такая достаточно сложная интеллектуальная система, на самом деле ее делали русские ребята, называется Data Science, потому что если этого не делать, на начальном этапе понятно, когда у тебя стартап, когда ты быстро растешь, то надо просто быстро их расставить и загрузить. Ты упираешься в то, что потом тебе этим потоком, входящим в этот постамат, надо управлять, иначе он тромбится. У тебя просто люди, которые заказали орешки, никак не могут их получить, потому что в этом постамате... Кончились свободные места. Где-то свободные, а где-то, наоборот, простаивают. И если этим правильно не управлять, то есть если у тебя нет имитационной модели, а если уже там серьезно, то они действительно сделали имитационную модель, которая смотрит в прошлое, смотрит в будущее, собственно, и подсказывает нам. Начиная от того, куда лучше и как перераспределять потоки, заканчивая тем, какие лучше постаматы выпускать и устанавливать.

Какого объёма ты имеешь в виду?

Сколько, какого размера ячеек нужно делать, и как туда нужно заносить. Там же есть ещё интересный момент, что мы же, когда с тобой меряем какой-нибудь пакет, мы не задумываемся, что машинка-то отмерила и сказала, не знаю, 40 на 20, а то, что это пакет, то, что у него углы, то, что их можно загнуть, то, что их можно вообще сложить, она не задумывается.

А-а-а, и они поместятся даже в маленькую корзинку, то есть в маленький отдел по команде.

Да, и она даже... ей не нужно 40, ей нужно 10 на 10, наверное, 10 на 20. Вот это она не умеет, и здесь как раз там подключаются, собственно, математики, которые говорят, да это не 12, не 15, это 10 на самом деле. И ошибку они в обратную сторону получают. То есть не все, конечно, залазят. Правда, особо одаренные пытаются запихнуть. Вот это случаются такие случаи. Но когда ты получаешь в обратную сторону, ты это просто переобучаешь модель, говоришь, ну, вот это, наверное, все-таки, да, туда не влезет. Али влезет, например, потому что оно всегда маленькое, и сколько бы там ни было, оно мягкое, вот его всегда можно запихнуть.

Али ты имеешь в виду за посылки с Алиэкспресса?

Да. А, например, ну, не знаю, iHerb, потому что баночка и коробочка, она приехала, коробка жесткая, твердая, ее, в общем, не запихнешь. А вот Али нормально.

Слушай, это безумно интересная тема, но у меня есть два вопроса технических. Я просто прослеживаю этот путь Орешков из Сочи в Москву, и ты сказал, что там машина, грузовик едет из Сочи в Москву. Эта машина едет каждый день, независимо ни от чего? Или вы смотрите, сколько посылок из Сочи в Москву, и она едет только если посылок достаточное количество? Это условно регулярный пассажирский рейс или это чартерная перевозка?

Хорошая аналогия. Это как поезд по расписанию. Просто у него может быть меньше вагонов. Просто она может поехать не 20 тонны, а 10 тонны. Она всегда поедет с крупными центрами. Это вот как кровеносная система. Действительно в этом смысле похоже на железнодорожную сеть. То есть у тебя всегда пойдет электричка.

Из Сочи в Москве всегда есть посылки, скорее всего.

И да, это уже задача наша, обеспечить её максимальную загрузку, потому что она всегда должна быть, потому что иначе мы сорвём сроки, и орешки, не только орешки, письма не приедут, посылки не приедут, то есть она всегда есть. Вагонов может быть не 25, а 10.

Понятно, что между крупными городами, между Питером и Москвой, например, точно каждый день ходит и не один, скорее всего, такой автомобиль. А если города маленькие? Если, например, между Сочи и Тамбовым, там же, скорее всего, не так много посылок, или, может, я плохой пример выбрал, но что сделать с городом поменьше?

А как летает аэрофлот? Все через Москву. На самом деле региональные рейсы существуют, но, опять же, это вопрос наличия объема. Это экономическая целесообразность.

А сколько таких регулярных рейсов по всей России?

Ну, вообще, в день различного рода рейсов там больше 800 происходит. Но это в том числе и внутригородских, и внешних. Но лайнхолы (line haul), это больше сотни, ну, там какие-то три-четыре раза в день. То есть, вот как с Питером. Сколько раз Сапсан ездит? Ну, вот та же самая. Это постоянно меняющееся число, это зависит не только от просто расписания, это зависит от потока. То есть, еще раз говорю, мы, весь наш бизнес, он превращается в управление потоками. Это потоки информации, потоки денег, потоки людей, ну и товарные потоки. Вот, собственно, вот управление всеми этими потоками, поэтому вот сколько их должно быть, вот сейчас, например, там высокий сезон начался, даже раньше, собственно, срока, как и осень в Москве. И мы управляем это вручную. Тут же все достаточно сложно и в том же время просто. Ты соотносишь факт с планом. Ты говоришь, вот я разлинил свою операционную модель, и я считаю, что вот эта посылка должна из Сочи в Москву попасть на второй день. И дальше ты смотришь, в каком количестве случаев ты, собственно, ее исполняешь. И дальше понимаешь, что, например, тебе не хватает не просто рейсов, тут же не вопрос только в рейсе, а вопросы еще так называемые. Еще одно русское слово, котов. То есть это на самом деле расписание. Вопрос, во сколько он должен прийти и уйти для того, чтобы стыковать эти рейсы. То есть это стыковки рейсов.

Господи, тебе же надо, если ты через Москву едешь, то, что приехал в Москву, должно быть раньше, чем то, что уедет из Москвы.

Да, тебе нужно еще временно обработать это каким-то образом. Успеешь ты на этот рейс или не успеешь ты отправить на этот рейс? У тебя рейсов тоже не один, поэтому вот, собственно, такая транспортная логистическая система, которую тебе надо правильным образом сбалансировать, состыковать с учетом потоков. Кто-то отправил орешки, а кто-то отправил холодильник. Поэтому это разное время.

Я просто видел, как когда я езжу на самолете, то там загружают кроме моего багажа еще и почту. И ты еще упоминал САПСАН, например, между Москвой и Питером. Вы используете каких-то других перевозчиков для того, чтобы доставлять грузы? Или у вас только вот эти автомобили свои?

Конечно. Ну, железнодорожный транспорт есть, но он небольшой процент на самом деле. Основной это автомобильный и авиа. В Якутск ты, кроме как авиа, вообще никак не привезешь. Потом, понятно, что есть грузы, которые могут ехать неделю, а есть грузы, которые экспресс. Тебе нужно их привезти быстро. Поэтому это будет авиа. Это бизнес Аэрофлота, S7.

Официально грузовые самолеты или это просто... У

них есть грузовые самолеты, но здесь летают обыкновенные самолеты, просто продают квоты. Поэтому это хорошо. В этом смысле как раз очень интересен опыт Китая. У них так много миллионных городов. У них практически везде летают самолеты, поэтому у них скорость доставки сумасшедшая. Именно за счет авиа. И это так дешево, столько количества рейсов, при том количестве людей, которые летают, что даже автомобильный транспорт нечасто можно не использовать. достаточно вот этой емкости.

То есть ты закидываешь в багаж людей, которые летают, он не занимает весь низ самолета багажный, и в него закидывают просто грузы. И это получается такая супербыстрая сеть доставки.

Ну, конечно. Поэтому нас с тобой, когда мы летаем, ограничивают в количестве багажа и требуют доплатить, если чего. Потому что у них вот эта часть рассчитана на то, что они ее кому-то продадут и заработают в любом случае деньги. Либо на нас с тобой, либо на логистов.

Охренеть. Знаешь, ты рассказал систему совершенно каких-то огромных масштабов. Мне просто страшно себе представить 8 тысяч пакоматов, которых станет 10, и вот эти 800 автомобилей, которые каждое утро просыпаются, водители едут по всей стране. Скажи, пожалуйста, а сколько посылок вообще? Сколько посылок в день, или в месяц, или в год?

Смотри, нам же всего 2 года. В прошлом году мы перевезли порядка 70 с лишним миллионов посылок. Вот в этом будет больше 21. Каждая посылка, это может быть еще несколько грузовых мест, ну, то есть это несколько коробочек. Поэтому мы говорим там о десятках миллионов.

Я тебя спрашиваю про объем, потому что мне интересно, как работает система розыска. Ты описал просто систему, как такую хорошо смазанную машину, в которой там максимально все автоматизировано, все понятно, но когда что-то идет не так, как происходит розыск? Мне просто в голове это не умещается. То есть как построить систему, я еще понимаю, но как обработать ситуацию, когда что-то пошло не так, мне кажется, в этом самое трудное.

Нет, смотри, ты затронул тему то, что называется проблемных ситуаций. Ведь на самом деле, каким образом работает вся система? И у тебя, когда ты берешь некую коробочку, посылочку в грузовое место, то ты ему находишь, подбираешь некий план того, как ты должен из точки А в точку Б, за какой срок, в каких контрольных точках привести вот это вот. Дальше она просто по этому плану движется, выполняется или нет, и в тот момент, когда какая-то контрольная точка не случилась, подключаются специально обученные люди. Ты говоришь о том, что розыск, а там есть просто проблемная ситуация, может сорваться рейс, погода. с автомобилем что-то случится, задержка может произойти, ее могут просто забыть, ее могут потерять. То есть, при таком потоке мы прекрасно понимаем, что возможны действительно ситуации, когда мы не до конца контролируем процесс. Поэтому ловится она за счет того, что она не прошла контрольную точку. Дальше подключаются сначала операционисты, которые просто пытаются эту проблемную ситуацию разрешить. Но она выйдет на следующий день. Вот если они её уже не нашли, то тут подключаются люди, которые приходят в одинаковых ботинках и, собственно, по камерам смотрят, что же это.

Где посылочка?

Ну да, и, в общем-то, достаточно часто они её находят. Ну, либо находят того человека. который ее унес или потерял.

Раз мы говорим о безопасности, я хочу второй вопрос задать. Что вы запрещаете отправлять?

Наркотики, алкоголь, оружие. Смотри, опасные грузы, они известны. На самом деле, мы имеем лицензию по перевозке опасных грузов, но это грузы, которые там, соответственно, перевозят или просят нас перевезти люди, которые имеют на это право. Понятно, что все эти грузы в обязательном порядке, там есть две точки важной идентификации. Первое, то, что ты через СБОЛ, через Сбербанк Онлайн, собственно, идентифицируешься, то есть ты подтверждаешь себя, то есть вот ответственное лицо своим лицом, когда ты смотришь в телефон, ты именно и подтверждаешь, Собственно, тот, кто отправляет этот груз. А дальше этот груз в обязательном порядке просвечивается.

Как просвечивается?

Службой безопасности. Ну, есть такой, в аэропорту, мы же это обсуждали, вот ты же проносишь сумку через телевизор, так называемый, в кавычках. То есть, когда ты кладешь, там сидит человек и смотрит, что у тебя там проезжает, нет ли у тебя там воды. Опять же, вот та же самая история. Весь этот груз, он проходит, он просвечивается.

Это вот на сортировочных центрах, которые приезжают.

Да, когда эту посылку привезли, мы же не знаем с тобой, что туда положили. Формально выглядит так, ух ты, как здорово, можно положить что-нибудь такое запрещённое в одном месте, кто-то в другом заберёт, и это вообще якобы никто не увидит. Но это же так не работает. Поэтому вот эта посылка обязательно просветится, на эти орешки кто-то посмотрит, скажет, ну, ладно, орешки. И, собственно, разрешит их дальше двигаться. Либо не разрешит, скажет, какие-то подозрительные орешки.

То есть, реально, как в аэропорту стоят эти X-Ray, как они, по-русски, рентгеновские аппараты, и смотрят, что внутри.

Да.

Офигеть. Такая, собственно, таможня, мини-таможня. Расскажи, какую самую дичь вы находили в посылках.

Понимаешь, проблема не в том, что мы находили в посылках. Мы же ничего не ковыряемся в посылках. Вот вопрос в том, что мы находили в потерянных посылках. Это вот другая история, которую и так идентифицировали. И потом бригадиры этим пугали всех остальных, если кто будет плохо работать, что с ним будет. Но если серьёзно, то там есть же всё подряд. Но самое неприятное, когда пропадают здесь продукты, и действительно посылку, например, не забрали, что-то пошло действительно не так, кто-то ошибся, поэтому есть там целый процесс утилизации. И он достаточно серьёзный, потому что на самом деле накапливаются эти грузы. То есть надо понимать, что при долях процентов, при таком количестве, это реально много.

В репортах очень таможенники любят выставлять самые адские вещи, которые мы нашли, запрещенные. Там обычно зубы тигров всякие, шкур и вот это все.

Нет, я тут на сортировке видел дрова, которые ехали из Москвы куда-то, по-моему, куда-то в Сибирь. Поинтересовало, на маркетплейсе, значит, вот связку такую, в общем, это дрова, но вот связка прям дрова, вода, кстати, бутылями пятилитровыми в Екатеринбург. Вообще удивительная эта вещь якобы. Ты когда закажешь, ты же не понимаешь, откуда это к тебе полетит. На самом деле это серьезная проблема для всех, потому что оптимизация вот этих вещей, как откуда взять, куда доставить. Вот мы с тобой говорим о станциях, а когда мы подходим к вопросу, что это реально становится продуктопроводом, товаропроводом, Условный СБР, в лице своих отцов-руководителей, принял решение о том, что надо инвестировать очень много денег в то, чтобы построить вот эти складские центры, не только в Москве, чтобы он был большой, и все летали через Москву и ездили, а в то, что это практически больше 40 регионов России, получат от 15 до 70 тысяч метров складские комплексы, где, по сути, вот эти товарные потоки будут распределяться и расходиться по всей стране. Строить сейчас не только мы, но это же, на самом деле, беда с инфраструктурой по всей стране. И строят и Озон, и Яндекс, и Вайлдберрис на юге. распределительный центр. Это город. Такой мини-поселок, во всяком случае. Там можно потеряться точно.

Смотри, вот ты сейчас описал систему, мне примерно становится понятно, о чем речь. Я теоретически представляю, что, наверное, если взять очень много умных людей и очень много очень крепких ребят, то это можно построить. Но как эта доставка может стоить 99 рублей? Вот это мне непонятно. Как это вообще?

Потому что она первая 99, потом дороже.

А, окей. Как это сходится с экономикой? Это штука, которая субсидирует Сбербанк своих бездонных карманов или это все-таки прибыльный бизнес?

Во-вторых, надо понимать, что это же комплексный продукт. Сберлогистика не только доставка орешки из Сочи в Москву, это и B2C бизнес, то есть это, не знаю, я говорил, IHerb Ali, значит, не знаю, там, L'Etoile, подружка, Gloria Jeans, ну вот это Marketplace, Сбермегамаркет.

В B2C ты имеешь в виду, что вы доставляете от бизнесов-продавцов к покупателям?

Ну, конечно, это же интернет-магазины, это же Marketplace. Это B2B бизнес, который с доставкой между компаниями. Это фрахт, когда мы доставляем большие объемы каких-то больших грузов. интермодальные перевозки, это контейнерные перевозки, брокерские услуги по растаможке грузов, по выводу, импорту, экспорту. Это свой склад временного хранения с таможенной зоной. Когда ты начинаешь свозить все вместе, то в какой-то момент ты понимаешь, что за счет объема ты можешь себе позволить эти орешки довезти первый раз за 99 рублей, а потом несколько дороже. Но в любом случае борьба идет современная за то, почему туда все вкладываются и где-то готовы даже спонсировать. Потому что ты пытаешься решить нерешаемую задачу быстро, дешево и качественно. Ты смеешься? Это так и есть. Потому что выиграет тот, кто ее решит. Они не выделили только два из трех. Поэтому дешевизна очень важна. Для этого нужен объем. Мы как раз стараемся свести это к вопросу товаропровода. Частоту покупок.

Чтобы вот эти автомобили, которые каждый день ездят, чтобы они были загружены постоянно, и хоть как-то они отрабатывали, а не просто так пустыми гоняли.

Нет, чтобы они, а, были загружены постоянно, и чтобы у них постоянно была необходимость что-то куда-то перевозить. Поэтому плюс тут же начинает играть вопрос, как раз ты говоришь о том, что называется консолидация, то есть когда ты приезжаешь в постамант, ты забираешь не одну посылку за 99 рублей, ты забираешь там 20-30, тут что-то за 99, а что-то за 150. И все это делает один человек, потом обрабатывает эта машина, обрабатывают это люди. Понятно, что ты можешь построить огромную трубу, но если у тебя будет протекать узкий ручеек, то ты не заработаешь. Тебе нужно, чтобы было давление в этой трубе, и чтобы то, что ты перевозишь, имело ценность.

Слушай, раз уж мы заговорили о давлении в трубе, вот я открыл сайт, и там в разделе про коммерческие услуги написано, что можете перевезти груз в 20 тонн. О чем это вообще речь?

Ну, точнее говоря, фрахтовые услуги. Ты можешь перевезти, заказать гравий или еще что-нибудь. То есть там объем этого бизнеса больше 100 миллионов в месяц. То есть ты можешь, ну, Частное лицо это отдельно, в основном это заказывают, конечно, юридические лица.

У меня есть пример. Вот у меня фабрика по производству мебели, она, как... например, в Москве, допустим, и ресторан во Владивостоке заказал мне кучу там всяких стульев-столов. Какой путь проделает моя посылка? Вот аналогично с орешками... Ну, пойми, это

будет уже не посылка. Ну, путь приблизительно будет такой же, но пройдет через подготовку, сортировку, погрузку, разгрузку и так далее, но это просто будет уже отдельный, скорее всего, транспорт. Либо сборный груз, если там не хватит на отдельный транспорт. То есть это же могут быть температурные режимы. Мы доставляем же и лекарства.

Ох, в этот момент мне становится плохо, у меня просто голова начинает кружиться, потому что я понимаю, что объем сложности здесь просто запредельный. В смысле орешки еще понятно, но когда у тебя скоропортящиеся продукты, которые не больше 10 минут при такой температуре должны находиться, или там лекарства. Все, взрывается.

Давай быть честным, это наш выбор, как рынка, когда мы говорим, мы хотим, чтобы принесли лекарства, не хочу больше никуда ходить. Кто-то же должен это сделать, поэтому... Он развивается, то есть нельзя сказать, что это только доставка человеку, это доставка в том числе в пункты, я имею в виду в аптечные пункты. Но мы же движемся к тому, что в следующем году будет электронный рецепт, то есть мы с тобой через BeReady сможем рецептурные препараты забирать как посылку. Потому что он будет электронным образом выписываться, и после того, как мы проходим с тобой авторизацию через Бирайди, этого будет достаточно,

чтобы... Я не слышал, чтобы в мире вообще такая система была. Это очень круто, что в России такое появляется. Тут мне нужно включить гимн и включить в рекламодателей администрацию президента.

Почему президента?

Хорошо, Сбербанк. В сегодняшнем эпизоде мельком встречается такой герой Россия, как наша огромная страна сопротивляется созданию классной системы логистики. При этом у нас есть эпизод, о котором я хочу вам порекомендовать. Он вышел в начале 2021 года, в январе. Там наши главные герои ездят по России в самые заброшенные дальние уголки и учат там детей разным классным современным профессиям. Например, как делать веб-сайты. Они учат их в веб-разработке. Или тому, как записать подкасты или снять фильм. Это было бы очень круто даже в Москве или в Питере, а представить себе такое в какой-нибудь заброшенной совершенно реально в Марий Эл это вообще невозможно. И эти ребята делают вот это невозможно. Ребята из кружка не просто ездят по России и учат детей, но еще снимают об этом совершенно крышесносные фильмы. И в этом эпизоде вы услышите звуки, которые они привезли из некоторых своих экспедиций. Очень пронзительный, личный и классный эпизод. Называется он «Школа веба без интернета. Как подростки учатся делать сайты в деревнях». Ссылка на него есть в описании к этому эпизоду. Хочу побывать в распределительном центре. Виртуально можешь меня провести? Вот я захожу в это помещение, что я там вижу? Как это вообще выглядит?

Там есть зоны. Соответственно, ты заходишь, это огромное помещение, огромный склад красивый. У тебя есть зона, где происходит различная сортировка. Это, может, обычно стоит большая сорт-машина. Она может быть много уровня. Вот сейчас мы второй уровень достраиваем сверху.

Погоди-погоди, сорт машины, это значит, в нее закидывают не отсортированные товары, а она их сортирует по коробкам?

Ну, она их сортирует по направлениям, по коробкам, у нее много есть вариантов, в зависимости от того, что ты делаешь. Если ты собираешь, то она будет тебе сортировать в коробку твой заказ. Если ты... Решаешь проблему, куда какую коробку направить. Ну, у тебя пришел груз из Сочи, теперь его надо просто разбросать, что в Москву, что в Питер, то она будет разбрасывать по направлению. У нее же динамический план, ты же ей как машине просто даешь задание.

Ты сказал, машина, как она выглядит. Что такое? Я просто был в типографии, например, и там принтер, это типа хрень 15 на 10 метров.

Слушай, огромный конвейер, они есть вообще огромные, до трех этажей. У нас пока одна этажная, сейчас будет При том, что это сложная механика, инженерное чудо, потому что работает 24 на 7 без остановки. Это конвейеры, которые крутятся обычно по кругу, огромный большой конвейер, и на него есть точки входа. Куда ты выкладываешь определенным образом вот эти свои посылки. Дальше они проходят, там такие стоят специальные большие сканеры, которые сканируют, образмеривают, взвешивают, собственно, меряют по размерам с помощью вот этих всяких лазерных линеек в них встроенных. И дальше обращаются к системе и говорят, куда, что делать-то с ней. Ну, и система говорит, ну, это вот, не знаю, в ячейку 48, или в ячейку 148, или вообще в ошибку, мы не знаем, что это такое вообще. Или, не знаю, вес неправильный, или размер мы не можем пометить, потому что она слишком легкая или слишком тяжелая. Дальше начинается вся эта обработка, но надо понимать, что мы в следующем году устроим новый склад-стотысячник. Вообще все, что мы будем делать в России, вот эти все десятки, больше сорока. сейчас 46 складских комплексов, это все будет новое.

Вот мне про это интересно. Во-первых, я нахожусь до сих пор в шоке от того, что ты сказал, ну, у нас есть автомат сортировочный, мы сейчас ему достроим второй этаж.

Это монстр, понимаешь?

Да, не автомат, а монстр какой-то. И следующий мой вопрос, это что умеет делать машина? Вот ты объяснил, что вот эта сортировочная хрень, она умеет, типа, сортировать товары. А что делают люди? Типа, что еще пока не умеют автоматизировать? Потому что когда мне говорят сортировочный центр, я себе представляю, что в ней вот эти палеты деревянные, да, Их разводят такие маленькие тракторы, я не знаю, как это называется, маленькие машинки такие, которые, форклифт по-английски называется, которые, типа, поднимают палет, как вилкой, типа, поддевают.

Автопогрузчик.

Вот, автопогрузчик. И его водят люди. Это, типа, до сих пор так или это уже автоматизировано?

И да, и нет. Да, до сих пор это так. Автоматизировать автопогрузчик стоит порядка 5 миллионов рублей. Ты ставишь на него камер или лидаров, и он уже начинает ездить самостоятельно. Вот мы сейчас как раз там пробуем.

Ты так говоришь, как будто это типа пошел на рынке купил. Хурма стоит 20 рублей.

Сейчас это значительно проще, чем 10 лет назад. На самом деле, ты затронул очень важную тему. Есть так называемые погрузчики в виде таких пылесосов-таблеток, которые просто подъезжают. Ну, вот, понимаешь, простая мысль. Вот у тебя стоит вот этот огромный сортер, у него вот есть вот этих, так называемых, шутов.

Надо пояснить, шуты это поддоны, в которые, типа, сваливаются товары, то есть сколько сортировочных линий у него есть отдельных?

Мы же с тобой и коллеги, которые нас слушают, наверное, видели детскую площадку, и там такие есть горки, и с них дети скатываются. Вот представь, что у тебя таких 80 горок пристроено вот к этой, И значит, по ним они скатываются, потому что задача сортера в нужный момент, в нужную направляющую сбросить нужный груз. Дальше возникает разумный вопрос, что дальше с ним делать. Есть разного рода. Есть те, которые падают сразу в мешок. Есть те, которые дальше человек руками выкладывает на этот палет, на этот поддон. И даже если он выкладывает руками, даже если это не робот, потому что люди по-прежнему значительно дешевле, все-таки мы с тобой сами себя воспроизводим и кормим, и все это проще. Но дальше встегает вопрос, что этот поддон нужно куда-то увезти и поставить. И вот тут зачем нам тут человек, который либо ручным погрузчиком, либо автоматизируемым, это повезет. Для этого может приехать вот такой мини-робот, шайба на колесиках, который подъедет вниз, приподнимет

его, значит... На полсантиметра и повезет.

Ну да, и повезет, и отвезет в нужное место, положит, и приедет дальше. И таких там 40-50 может ездить по складу и перевозить туда-сюда, как ему система скажет.

То есть это как домашний пылесос, который автоматически круглый?

Абсолютно. И окупается в течение двух лет, как показывает практика. Но, видишь, мы почему сейчас принципиально для себя пытаемся понять? уход в продуктовую историю, то есть мы все-таки строим товаропровод, мы будем возить товары или мы будем возить посылки, и мы склоняемся к тому, что мы будем возить товары. А это значит, это другие сортеры, это другие вот эти роботы, другие процессы за этим стоят.

Я попытаюсь объяснить, не уходя далеко в эту тему. Видимо, ты хочешь знать, что человек купил, и хочешь, например, если он купил в одном магазине фен, а в другом какой-то, не знаю, орешки, то ты хочешь это привезти в одной посылке, не упаковывая каждую отдельно, а все, типа, вот твои покупки.

Не в посылке, а вот как раз я это привезу как товар. То есть если сейчас я их упаковываю как посылку, везу тебе как именную твою посылку, твои орешки, Если мы с тобой из Сочи закажем, например, какую-нибудь тарелку с росписью, то вот сейчас, классика жанра, ее упакуют отдельно для тебя, отдельно для меня, и отдельно будут везти. А вот товаропровод подразумевает, что возьмут просто две тарелки сложат их, всё вроде бы повторяется в ту же самую коробку, привезут сюда, а вот в виде непосредственно твоего или моего заказа или посылки они превратятся уже в самом конце. Либо курьер в пакете с тобой его отдаст, либо, если мы с тобой в пункт выдачи придём, нам отдадут. Но никто не будет рассматривать эти тарелки как твой или мой заказ, их будут рассматривать как товар. То есть это, по сути, такой распределённый магазин, непрерывный. Во-первых, мы сэкономим на коробке, на обработке. То есть это мы хотим сделать и быстрее, и дешевле.

Ты сказал, что все взаимодействие с сервисом происходит через приложение SBOL, Сбербанк Онлайн.

Не все, это одна из поверхностей. У нас есть красивое слово поверхность.

То есть то, где контакт с клиентом. И про это у меня такой вопрос. У вас своя собственная команда разработки внутри Сбербанк Логистики или это команда разработки Сбербанк Онлайна, которая обслуживает вас как одного из клиентов?

Смотрите, собранная командой, у нас есть команда, которая сидит в Сбер и в ПАО, собственно, которая пишет часть сервисов на этой поверхности. Понятно, что мы не можем создавать внутри себя команды для интеграции во все поверхности. Мы создаем, собственно, такие совместные команды продуктовые, где разработчики СБОЛа сидят в СБОЛе. Это логично, это банковское приложение. Мне предложили команду высадить внутри Сберлогистики. Это был разговор в конце прошлого, в начале этого года, я отказался. Это мое принципиальное решение. Просто потому что, понятно, можно найти команду и обучить ее, но это неправильно.

У тебя своя разработка есть? Какая-то корневая, типа, которая вот за вот эту логику, например, распределительных центров, типа, кровеносную систему как построить? Это, мне кажется, нельзя никому зааутсорсить.

У нас уже там 400, да.

Сколько?

Должно быть 600 до конца года. Я имею в виду айтишников, ты имеешь в виду. То есть это айтишники. На сегодняшний день мы разбили популярную, сбили историю трайбов, ну, вообще, и в мире. То есть это такие продуктовые команды, организованные определенным образом, управляющие внутри себя подразделения, которые, в общем, практически самостоятельно, по определенным принципам мы их объединили через аналитику и качество. А вообще они самостоятельные.

Модное слово «трайб» я бы назвал его департаментом, если честно. Хочу опять про логистику себя спросить. Вот то, что ты рассказал, становится понятно, что это дико сложная и большая работа. При этом у России, мне кажется, есть свои особенности. Она огромная и очень разная страна. Это создает какие-то дополнительные трудности? Можешь какую-то пару историй, которые специфичны именно про особенности России?

Ты имеешь в виду особенности российской логистики? Да.

Типа логистика и так непростая штуковина, а тут у нас просто страна такая огромная. Это как-то влияет или нет?

Нет, ну конечно влияет. Я могу тебе рассказать историю на стыке логистики и IT, Data Science. Это когда математикам просили проанализировать качество доставки из Новосибирска в Санкт-Петербург. Потому что там было какое-то нестабильное качество. То было хорошее, то вдруг как-то падало. И никак не могли понять, как его решить. Человек не мог объяснить, почему люди не могли объяснить. Математики, взяв систему и проанализировав, пришли, построили модель и сказали, Каждую среду, каждый четверг, третьей недели, я не помню детально, но вот они вывели определенную закономерность, что-то происходит, мы не можем понять, чего это такое, потому что это не зависит ни от клиентов, ни от грузов, но что-то происходит, нечто, что приводит в этот момент к падению качества. Потом качество возвращается на уровень, то есть имеется в виду, что мы привозим с задержкой на один день. в Питер тот груз, который должен был приехать туда на день раньше. Вот они это все расписали, показали, на это все посмотрели люди, сказали, да, здорово, но ничего не понятно вообще, если честно. Вы думали, вы нам четко покажете, что у нас там перевозчик плохой, грузы какие-то не те, смены не те, а тут вообще, они говорят, нет, зависимости нет никакой. А через полчаса один из руководителей Сортировочные оценки. Слушайте, я все понял. Представляете, у нас как раз раз в три-четыре недели фуру с алкоголем, разгружают ее вместе на нашем месте с нами и не дают нам возможности разгрузить как раз пришедшую машину из Новосибирска. И мы поэтому опаздываем точно на прошлой неделе приезжая. И я понял, что машина никогда, и человек никогда, а вот вместе они могут победить. Вот, понимаешь, в логистике, когда вот так по-соседски, он говорит, пандус Ну, занимай. Ну, вот чего подождем, ты же алкоголь, святое дело его разгружаешь. Поэтому, понимаешь, регионы, конечно, разнятся, конечно, работают разные люди, конечно, реальность такова, что процессы нельзя привести к общим стандартам. Можно к общим стандартам привести цели и дать инструмент. Наверное, специфика наша в том, что немцы могут... Я больше 10 лет работал в немецких и американских компаниях. Поэтому я прекрасно понимаю, что есть люди, которые могут выполнять то, что им сказано, и как сказано. Как дед делал, как папа делал, как танцы сказал. Наши так не умеют. Поэтому у нас там другая логика. Мы даем некие цели, стандарты, инструменты. Говоришь, ну, в конце концов, мы тебе показали, как правильно. Но если ты считаешь, что лучше немножко по-другому, ну, цель ты достигнешь, ну, бог с тобой. Ну, вот такая история.

Я, на самом деле, ожидал услышать, что там типа осенью и весной в эту деревню не приедешь, как бы, и не пытайтесь. Из-за ландшафта это типа только кажется, что это такая важная штука, а на самом деле это уже решённый вопрос, решённая проблема?

Ты знаешь, я вот думаю, что для России этот вопрос «не приедешь» закрыт. Там есть, конечно, у нас места, куда только самолётом можно долететь. Скорее, речь идёт о том, что ты можешь не приехать, потому что тебе не хватит мощности. То есть вот трубопроводов нам не хватает логистической сети. То есть это не вопрос того, что ты туда не доедешь. Если ты туда не доедешь, скорее всего, там и нет потребности. Поэтому, если ты меня спросишь, хорошо ли, что все пошли, я имею в виду крупные игроки, пошли строить и, по сути, возрождать логистику, то есть метаморфоза, которую мы с тобой, мне кажется, не до конца понимаем, что классика жанра, когда есть интернет-магазин или marketplace, и есть логисты, которые доставляют тебе груз, потому что логист становится точкой соприкосновения, где физика с цифрой превращается в продукт. А ведь посмотри, что происходит. e-comm (электронную коммерцию), и в нем уже логистика, не только для Сбера, но и для всего рынка. Озон строит огромный ЕКОМ, построил уже большой за столько лет. И в нем логистика, и уже тоже не только для себя, но и для рынка. У «Яндекса» та же самая история, у «Вайлдберса» еще этого нет, но тоже вопрос, я думаю. И возникает, что вот простому как это логисту, который, он должен либо встраиваться в чью-то экосистему, потому что для него, для бизнеса-то остается мало места. Потому что когда на такие монстры выходят вот с такой, собственно, инфраструктурой, то есть это говорит о том, что на рынке будет несколько отраслевых логистических стандартов. Условно, Сберовский, значит, Озоновский, наверное, там Яндекс, может быть, Вауберс. Ну то есть и дальше все остальным придется в эти стандарты в том или ином виде встраиваться. То есть вообще это огромное изменение рынка, как в свое время мелкие магазины превратились в большие торговые сети. Вот здесь, собственно, сейчас мы проходим вот тот же путь.

Сейчас еще интернет-магазины, они маленькие, каждый заставляет как умеет, есть какие-то маленькие сервисы. А появится такая инфраструктура доставки глобальная?

Не потому что у них это отберут, а просто люди, привыкнув, получив этот сервис от гиганта, качественный, дешевый, разнообразный. Ведь мы вводим уже не только вот в слоты, как мы с тобой привыкли, что к нам звонит курьер, я к вам завтра с 10 до 2 приеду. А появился и у нас, и у Яндекса on-demand. То есть, когда в твой микрорайон, в darkstore, в нашем случае это самокат, мы привозим и сбрасываем эту посылку, оставляем ее там, и дальше тебе приходит сообщение о том, что когда тебе удобно, нажми кнопку, и тебе курьер принесет. Вот люди еще не поняли, не расчувствовали, но как только они расчувствуют, это значит, что всем остальным они будут навязывать вот эти требования. А мне удобно не под тебя подстраиваться, а ты под меня будешь подстраиваться.

Серёж, ты вот упомянул, что будет Сбер, Яндекс, скорее всего, Озон точно, Вайлбрис, возможно, такие крупные сервисы доставки. То есть у них будет своя инфраструктура и такие отраслевые стандарты они будут задавать. Почту России ты не упомянул. Поэтому у меня вопрос. Как ты считаешь, будет ли в этом списке Почта России?

Ну, безусловно, Почта России будет. Просто у Почты России, я их почему не упомянул, у них нет marketplace. Ну, то есть они классическая почта.

они пока остаются доставкой?

Ну, они остаются доставкой, либо у них появится что-то подобное, либо они к кому-то присоединятся каким-то образом, то есть, либо останутся вот таким независимым, распределенным по всей России почтовыми такими подразделениями, вот в этой классике жанра, потому что почтовые услуги же никуда не денутся, они просто трансформируются. Что такое сейчас, в чем проблема Почты России? Там достаточно большие в этом году убытки были уже обозначены. Потому что, по сути, все сладкие вещи себе забирают уже, собственно, логисты внутри Азона, Бера, яндекса. А почте оставляют что? Какие-нибудь, как ты говоришь, куда только самолетом или дорогой грунтовой можно доехать, где уже точно раз в месяц посылка, ну и ладно, тогда через Почту России доставим.

Сережа, у меня про почту еще один вопрос есть. Почта России— это мем, настолько она плохо работала, типа на ней все издевались долгое время. Я лично объясняю себе это тем, что страна сложная, неоднородная и вот большая очень, поэтому не получалось долгое время. Ты вот профессионал в этой области, как ты думаешь, почему у них не получалось? Почему доставка работала так херово?

Ты же понимаешь, что она работает там хорошо, где у тебя есть цели, и эти цели должны быть очень честно связаны с бизнесом. Почта. Там огромное количество работает очень толковых, хороших людей. Часть из них работает у нас. В самом деле люди, которые организовали сберлогистику, пришли из почты. Надо понимать, что когда государство вмешивается в управление, а оно непрерывно вмешивается в управление почтой, просто меняет постоянно руководство, цели, ставя определенные то, которые правительство и государство считают нужными. Какое-то время назад было больше похоже действительно на организацию бизнесов. Она выправила и качество. Сейчас, мне кажется, проблема основной почты с целеполаганием. Все-таки это бизнес, и тогда он должен развиваться по определенным законам. Или это все-таки некое продолжение государственной системы логистической, которая нужна любому государству. Мне кажется, основная проблема здесь. Потому что там у нас, не знаю, там у Азона понятно, что есть цели, которые ставят руководители, а им, собственно, их сверху в том или ином виде спускает, собственно, рынок, условно, тех инвесторов, которые видят, как они хотят зарабатывать деньги. Поэтому в результате в том или ином виде все все равно бегут в бизнес. Либо увеличивают стоимость компании, либо привносят прибыль. Потому что, на самом деле, если взять DPD, например, это почта Франции. принадлежит. Мне довелось там работать.

ДПД – это система доставки. Это такой же сервис доставки, как DHL?

Ну, это компания, да, которая доставляет грузы, B2C, B2B, такая же, как DHL.

Один из крупнейших доставщиков.

Вот, при том, что они государственные, да, но компании свои, вот те, которые дочки у них, они специально сделали таким образом, чтобы сделать бизнесовыми, то есть они их через некую прослойку Сделали, то есть, они разделили бизнес. У DHL в этом смысле тоже есть...

Это немцы, да, я так понимаю, DHL?

Да. Ну, то есть, это некая попытка, с одной стороны, оставить централизованное управление, но, с другой стороны, создать некую коммерческую составляющую внутри, которая заставит тебя работать качественно просто потому, что тебя заставит... Вот мне кажется, вот с почтой сейчас идет такая трансформация, к чему она приведет. Они же акционировались. Вот ответ такой. Но они стали гораздо лучше, на самом деле. Давайте будем объективны.

Это безусловно. Мем остался. Ты сказал, что ты работал в Германии и в Америке. Можешь про это немножко рассказать? Чем ты занимался?

В Америке я работал программистом. А в Германии я работал с немецкими в немецких компаниях. То есть, по сути, вот я там и со мной коллеги, мы строили там метрогруппу здесь практически с самого начала. То есть это метрокэш-н-кэрри, это был, собственно, Реал Гипермаркет, MediaMarkt, Saturn. которые сейчас там вот эти два продали, метр до сих пор существует.

То есть у тебя опыт IT-шный и ритейловый?

Ну, IT-шный, у меня есть ритейловый опыт. Я работал в Марсе, я был частью международной большой команды, которая объединяла Марс и Ригли. На самом деле, поэтому я отвечал как операционный директор SAP, ну, в основном это САПовские были системы.

Марс это самая крупная компания, которая делает как раз Марс, Сникерс и вот это все, да ведь?

Да, M&M's, корма. То есть мы с тобой столько шоколада не съедим, сколько животные съедают всего остального, поэтому в основном у тебя бизнес-то карма.

Офигеть, подожди, а сейчас ты управляешь логистикой. Вот теперь мне становится понятно, почему сберлогистика, это скорее не про логистику, а про доставку товара.

Что я тебе могу сказать? На самом деле мы живем как-то в интересное время перемен, особенно в логистике, причем кардинальных, потому что то, как мы изменили свое потребление, особенно, конечно, коронавирус и вся вот эта пандемия вокруг всего этого, она же сдвинула колоссально, то есть она, по сути, всех заставила И здесь очень важный выбор, на мой взгляд, бизнес-модели, потому что вот, при чём... Посмотрите, кто первый был, на самом деле, в доставке продуктов, да? Это был Утконос. Давайте, много лет. Первый, единственный, кто это делал.

Я помню, ещё в универе учился, мы могли заказать.

Да, вот. И пришло вроде бы время, да, и должен был выстрелить. А почему-то выстрелили пятёрочки, собственно, и все остальные, ВкусВилл.

Ну, потому что у них была сеть гигантская просто, адская.

Тут ты абсолютно прав, потому что все упирается, превращается в сетевую компанию. Потоками можно управлять, когда у тебя много узлов, много, собственно, вентилей, тогда ты можешь эффективно этим управлять, тогда ты адаптивен. То есть они выиграли не потому, что они там 10 лет оттачивали процессы, у них процессов-то не было на момент старта, но у них была сеть. Оказалось, что сеть это важнее, чем процессы.

Я так понимаю, это классическая economy of scale. То есть, чем больше ты объемным, тем больше ты можешь экономить, и тем выгоднее у тебя получаются условия.

Ну, понятно, что есть scale, но есть сеть. Поэтому мы строим сеть, на самом деле, складских комплексов, и выстраиваем вот этих сеть.

Ну, если уж не Сбербанк называется сетью, я не знаю, что. В смысле, сеть этих банковских отделений по всей России.

А поэтому, если задать вопрос, почему мы за два года стали самой крупной сетью постаматов, то мы их первое всего поставили в банковских подразделениях. Они тут же оказались перегружены посылками и грузами, и тут же пришлось открывать в этих же отделениях пункты выдачи. примерочные. Дальше там будет точно аптечный киоск, это уже решено. Ну и вообще это точка сервиса. На самом деле они превращаются в нормальную точку сервиса, где в том числе и финансовые сервисы, ну и сервисы, связанные со всем, что нам с тобой нужно.

Это то, что пыталась сделать Почта России, когда продавала открыточки, знаешь, и всякую хрень, всякое дребедение продавали в своих отделениях, только сделано нормально.

Ну сейчас они будут продавать алкоголь. Вот это ад.

Слушай, у меня финальный вопрос, который я задаю всем гостям. Посоветуй, что почитать про логистику. Или, может быть, телеграм-канал, или какой-то сайт. Может быть, даже не то, что сети изучить. Если есть такая книжка, будет классно. Может быть, есть какой-то отраслевой источник.

Ты знаешь, я думаю, что здесь, вот если мы говорим про логистику прошлого, достаточно можно много найти материалов. Если мы говорим про логистику будущего, то я бы посоветовал людям изучать просто, как работают распределенные вот эти вот сетевые структуры.

Спасибо большое, Сережа.

Спасибо, мне тоже было очень приятно с тобой общаться. Счастливо.

Счастливо. Это подкаст студии Либо-Либо, и мы его сделали вместе с сервисом онлайн-образования Яндекс Практику. Над подкастом работали редактор Юлия Яковлева, младший редактор Ира Хант, продюсер Павел Боровков, звукорежиссер Нина Мамонтина. За джингл спасибо Алексею Зеленскому.