Нестраховой случай. Как в России запускается онлайн-страхование

Прежде чем мы начнем, я хочу вам рассказать про один подкаст. Zavtracast (Завтракаст)— это подкаст о играх, медиа и технологиях. Ведущие обсуждают новости IT-индустрии и берут интервью у всяких крутых чуваков. Например, у самого креативного директора игры Monument Valley. А также советуют, какой монитор купить или куда съездить. Ссылка на подкаст будет в описании этого эпизода. Всем привет! Меня зовут Самат Галимов, и это подкаст «Запуск завтра». Как технический директор я пытаюсь разобраться, как устроены сложные и интересные штуки. Я зову профессионалов, с которыми можно поговорить простым человеческим языком. Подписывайтесь на нас на всех платформах, на которых вы слушаете подкасты. Оставляйте комментарии и отзывы. Для нас это очень важно. Страхование меня ассоциируется с двумя вещами. Первое— это то, что страховые всегда пытаются нас обмануть, и поэтому лучше с ними не связываться. Второе— это то, что не связываться с ними всё равно не получится, потому что страховку нам постоянно навязывают, например, когда получаешь визу. При этом всё страхование сейчас переходит в онлайн. В России этот рынок совсем не развит, но недавно появился стартап— Манго Страхования. Он привлёк бешеные инвестиции— больше миллиарда рублей. Сегодня у меня в гостях их технический директор— Тамара Зуйкова. Мы с Тамарой сначала поговорим про страхование в целом, а потом разберемся, как именно программируют страховые сервисы. Это подкаст студии Либо-Либо, и у нас есть партнер— сервис онлайн-образования Яндекс.Практикум. Если вы хотите стать программистом, дизайнером или дата-сайентистом (data scientist), идите на сайт Яндекс.Практикум и учитесь.

Меня зовут Тамара Зуйкова. Я являюсь IT-директором новой диджитал-страховой компании. Манго Страхование. Сейчас мы страхуем квартиры и домашних животных. И запустились год назад с квартирами, потому что в России квартиры, скажем так, есть у всех, у большинства, и застраховано только процентов 10.

Нет, подожди, у меня нет квартиры. Я снимал всю жизнь.

А неважно, съёмная квартира. Где-то же вы живёте. Просто набор рисков в каждом случае разный, и, соответственно, цена должна быть тоже в разном случае разная.

Я не очень просто понимаю. Вот я снимаю квартиру, от чего мне нужно застраховаться?

Стандартная история, да. Ты, во-первых, страхуешься от того, что ты затопишь соседей. Это самое распространённое повреждение от воды. Это прямо вот то, что случается, я не знаю, с каждым раз в жизни обязательно, с учётом нашей сомнительной инфраструктуры в домах. Второе, это твоё же имущество, диваны, мебель, все, что у тебя есть. Если, опять-таки, тебя затопят, если пожар случится, если что-то случится с твоей квартирой, твое имущество точно так же пострадает. И третье – это сам ремонт, все, что называется отделка. Вот это три основных составляющих, из чего складывается страховка твоей квартиры. Если ты снимаешь квартиру и вещи там, например, твои только одежда, а все остальное, мебель, тебе плевать, что там случится, ты можешь застраховать только вещи. То есть этот лимит будет очень маленький.

А сколько надо примерно платить?

Ну вот средняя страховка у нас сейчас в месяц 350 рублей, грубо говоря. То есть 350 рублей дает тебе примерно выплаты в размере в районе полутора миллионов.

Как вы защищаетесь от фрода (fraud)? То есть я вот зарегистрируюсь, заплачу там 350 рублей, а на следующий день или через месяц пришлю вам фотографию разломанной квартиры и скажу, что это моя квартира. Как от этого защититься?

клиент, когда заявляет, что у него что-то случилось в квартире, и мы просим его прямо день в день записать видео с собой на экране, когда он показывает все повреждения и рассказывает, что случилось. Это отсекает на самом деле 95% мошенников, потому что многие понимают, что это прямо надо актерскими талантами обладать, чтобы тут, значит, все сейчас имитировать, подтвердить и так далее. Дальше мы запрашиваем документ либо из управляющей компании, либо от пожарников, если нам пытаются заявить пожар. Этого хватает почти всегда. Есть особо талантливые люди, которые прям профессионально относятся к этому, и во всех страховых компаниях заложен специальный бюджет на таких вот талантливых персонажей просто потому, что дешевле им выплатить, чем отстраивать систему защиты от такого маленького количества людей. Здесь простая математика работает.

И прикол в том, что эти люди не могут это делать прямо серийно, потому что это уже будет совсем какой-то бред.

Да-да-да. Есть чёрные базы таких людей, они передаются между страховыми, расшариваются. То есть мы, например, знаем, у нас были такие инциденты, мы знали, что это мошенничество, но оно было так чётко разыграно и так всё из нужных органов всё предоставлено, что реально нам проще было выплатить, но нам ещё это сейчас и выгодно делать, потому что мы, как молодая компания, по-прежнему должны... еще очень долго будем строить имидж компании, которая платит. Естественно, нам лишние разбирательства с какими-то перекидываниями, пикировками в интернете, ты мошенник, нет, не мошенник, нам они не нужны, нам проще заплатить сейчас.

Прикольно.

Потом у нас есть ещё один инструмент. Естественно, мы можем подать в суд на такого человека и взыскать эти деньги с него обратно. Опять-таки мы просто этим инструментом пока не пользуемся.

А можешь какую-то историю рассказать, когда вас прямо так, прошу прощения, наёмали, что такая, вау, это классно, типа?

Да, есть у нас наша любимая просто клиентка. Примерно следующим образом был заявлен страховой случай. Клиентка сообщает в службу поддержки, что вот у неё на кухне, на диване на кухне стояли сумки Гуччи, Луи Витон, в общем, какой-то набор люксовых аксессуаров, которые она готовила там к отправке. Почему они все вместе у неё там стояли? Что она готовила к отправке там каким-то родственникам. Тут у неё сифон пробивает, и он струёй бьёт прямо в эти сумки, их заливает водой, повреждает. Вот тебе на 300 тысяч повреждения, или сколько-то там, я сумму не помню, но 500 тысяч повреждений этого имущества. Всё видео приложено, вот сифон есть взорванный, инсценирована история. То есть с точки зрения фактов предоставленных, Всё подходит под страховой случай. Но ты же понимаешь, что... Сумки точно не настоящие. Да, разыгранная. Просто потом заявилась её подруга. Мы просто по соцсетям отслеживаем взаимосвязи между клиентами, и она заявила уже другой кейс. У неё то ли шуба, то ли что-то ещё тоже, какое-то дорогое имущество хранилось в ванне, зачем-то висело, что-то там она с ним делала. И у неё там случился разрыв какой-то там трубы, и вот это всё имущество у неё пострадало. И мы выплатили, честно. Наш саппорт плакал, когда нажимал кнопку выплатить. Мы даже в суд не стали подавать, нам это сейчас не надо, не до этого.

А когда станет до этого? То есть сколько времени ещё можно пользоваться вами и не париться?

Когда кончится наше терпение, может кончиться на каждом следующем разе.

А что значит «по соцсетям отслеживайте взаимосвязи клиентов»? Звучит суперклипово.

Ну, когда мы начинаем расследовать конкретные инциденты, у нас же есть персональные данные клиента, у нас есть его имя, фамилия, телефоны, имейл и прочее, и мы в целом-то можем в интернете много чего интересного о нём выяснить, в том числе в каких-то базах и так далее. И соцсети это то, что проще всего посмотреть. И когда мы видим двух мошенников с одинаковой схемой, мы смотрим, а они ещё друзья в Фейсбуке, становится как бы очевидно.

Тамара, можешь на пальцах объяснить, как устроена система страхования?

Страхование вообще работает на больших объёмах. То есть клиент платит ежемесячную премию. Всё, из этих денег собирается фонд, можно сказать, от всех клиентов, кто платит подписку, и из этих денег уже в случае, когда у кого-то что-то случается, выплачиваются как раз деньги. Поэтому, когда страховая компания, например, только стартует, естественно, выплат случается больше, чем собранных денег. И мы платим из тех денег, которые все клиенты собрали. При превышении, естественно, мы платим из своего бюджета, из тех инвестиций, на которые мы живем.

Я просто на сайте у вас вижу, что выплат больше, чем количество денег, которое вы собрали с клиентов. И у меня логический вопрос. Почему это изменится, когда клиентов станет больше?

Потому что мы больше денег с клиентов начнём собирать.

Но ведь доля тех, у кого произойдёт страховой случай, она останется той же самой.

Правильно, но доля останется. Это процентное отношение. Допустим, у 5% клиентов что-то случается. Когда у нас, не знаю, 100 клиентов, и у 5% что-то случилось, их выплаты превысят собранные деньги, потому что платят они вот по 350, а выплачиваем мы там сотни тысяч. Когда клиентов 100 тысяч, когда клиентов миллион, то собранных денег хватает на то, чтобы выплатить нормальные достойные суммы 5% клиентам, у которых что-то случилось. Начинает работать математика больших цифр.

У меня в дипломе написан математик, поэтому мне очень стыдно, но я не понял, почему это начнет работать. Ну, допустим, это будет работать, окей. Есть ощущение, что вообще-то страховые всегда кидают, что сначала они говорят, там, все будет классно, а потом ты приходишь, и тебе говорят, ну, это не страховой случай. Я просто сам мало страховался. Для меня страхование это, когда ты за границу едешь, и тебе для визы нужно получить какую-то бумажку, и просто как бы деньги в пустоту у тебя с карточки списываются, и на этом всё. А, я читал там, очень смешно, от тебя в случае чего твой труп, значит, обратно перевезут самолетом. Единственная услуга, которая там есть. Но все мои друзья, которые страховались когда-либо, они говорят, а, это просто не страховой случай. Это правда?

Здесь много составляющих. То, что ты часто слышишь от страховых компаний, это беда, и это то, с чем как раз предстоит нам, в частности, сражаться. К сожалению, большинство сейчас страховых компаний работают по принципу «продаем через агентов». Такое навязанное страхование, которое вместе с билетами тебе вот эту галочку... В РЖД там хер снимешь эту галочку. В РЖД, да-да-да, которую еще надо найти, чтобы ее выключить. Вместе с туристической путевкой тебе там тоже галочку и страхование обязательное. Все, то есть навязанное страхование либо через агентов, через банки. Других каналов дешевых нет, а это каналы очень дорогие. Банки и страховые агенты могут забирать до 70% клиентских денег. То есть, если твоя страховка стоит, я не знаю, тысячу рублей, туристическая, допустим, но ты ее покупаешь не на сайте, а покупаешь ее через агента, 70% этих денег, 50-30%, очень по-разному, в зависимости от продукта страхового, уходит в кошелек агенту, все остальное только приходит в страховую компанию, и они из этих денег должны выплачивать. на страховой случай, и из этих же денег какой-то заработок иметь. И у них не остаётся ничего другого, кроме как придумывать способы, как не выплатить. Поэтому появляются сложные продукты, где много скрытых условий под звёздочкой, мелким текстом, в каких случаях тебе не выплатят деньги. И когда случается что-то, даже если это страховой случай, всё равно будут находить моменты, почему бы тебе нельзя было выплатить. То есть они, страховые компании, в какой-то момент стали компаниями зла ровно вот потому, что такая бизнес-модель сложилась в индустрии.

А у вас модель другая?

У нас модель, и под что у нас вообще инвесторы выделили деньги, нам надо найти способ продавать напрямую без 70-процентных комиссий, продавать дешево.

Круто, понятно. Тамара, расскажи, пожалуйста, это на Западе уже делают или это какая-то суперновая штука?

Это на Западе делают. Мы часто приводим в пример стартап под названием Lemonade, американский стартап. Они вышли на рынок года три назад. Примерно тоже начали с квартир. Сейчас тоже уже страхуют домашних животных. Мы на них очень много активно смотрим. Они смогли добиться того, что они напрямую продают, развивая свой бренд, объясняя свою ценность, упрощая максимально продукты, чтобы простые обыватели, которые не имеют финансового образования, поняли, что покрывается. А покрывается всё, что тебя окружает.

Блин, я айфоны постоянно бью.

Они, кстати, взяли и добавили айфоны даже за пределами квартиры. Это их вывело в огромный минус, но они это сделали осознанно. Естественно, айфоны начали очень часто заявлять, как поврежденные, украденные. Биться начали, да, внезапно. Биться начали, да, направо и налево все айфоны. У них 300% выплаты относительно всех собранных денег были, но они специально пошли в эту историю, чтобы набрать клиентскую аудиторию и продемонстрировать свой уровень услуг.

А вы будете это делать?

В планах есть.

Как часто вас пытаются взломать?

Взломать, пытались дедосить. Притом, скорее, это был дедос не такой злонамеренный. Люди пытались либо подбором, когда у нас были какие-то акции, пытались подбирать промо-коды. Какое-то время назад пытались наш SMS-шлюз наш использовать, чтобы рассылать через нас какие-то спамерские сообщения. То есть такого рода точечные атаки, они случаются. Серьёзных пока не было.

Насколько для тебя это серьёзный риск в твоём МЧС?

Это серьёзный риск, и это, на самом деле, всегда очень больная тема. Существует всегда набор рисков, которые с разной вероятностью могут случиться, и посчитана стоимость того, сколько мы можем потерять в этом случае, и сколько нам будет стоить защититься от этого риска. Сейчас мы держим этот риск, потому что, грубо говоря, его исправить, чтобы просто эту защиту отстроить, нам будет стоить очень дорого. Но чем больше у нас клиентская база, тем, естественно, риски растут, и, скорее всего, надо будет какие-то отдельные бюджеты на следующий год закладывать на то, чтобы отстроить эту защиту. Естественно, там в начале приходится какие-то компромиссы устраивать.

А аудит безопасности вы часто делаете? Вообще заказывали ли внешний пентест?

Пока ещё нет, пока мы сами знаем то количество багов, скажем так, мы пока не успеваем даже наши собственноручно найденные баги исправлять. И пока да.

Офигеть, слушай, ты говоришь не как директор самого модного финтех-стартапа России, а как типа, ну, мы запилили прогу, она что-то работает, мемасики с котами генерирует, ну, взломать-взломать, ничего страшного.

Я тебе скажу по секрету, так происходит и в крупных компаниях. Они просто не всегда это говорят, но вот я работала в Альфа-банке, я была разработчиком, и я знала, какие там есть дыры, и знала, что далеко не всё прикрыто, и на многое закрывались глаза, но вот ровно по той же экономической причине, что просто нет денег на какие-то вещи. Любая компания живёт в ограниченных бюджетах. и никто не будет вкладывать на 90% бюджетов безопасности, 10% развития бизнеса. Всегда какая-то пропорция, и ты вынужден чем-то жертвовать, какие-то риски нести. Поэтому случаются в банках утечки данных, поэтому еще что-нибудь случается. Это будет всегда, это неизменная история.

Такой мир. Блин, мне как-то даже неудобно стало, ты как такая, типа, взрослая мама тебе рассказываешь, мальчик, ты как бы вообще, окей, это же просто про деньги, всё считается.

Нет, это, по-моему, очень такой разумный вопрос, но, к сожалению, да, всегда приходится выбирать, на что потратить деньги. Очень просто.

А сколько у тебя программистов вообще? Какая команда?

Сейчас у меня команда человек 16, не очень большая. У нас есть сейчас два тестировщика, один, скажем так, такой процессный архитектор, страховой архитектор, все остальное это разработчики.

А какие разработчики, кто за что отвечает?

Четыре разработчика frontend: web и mobile. Соответственно, на React мы пишем вебовскую часть, React Native – это мобильное приложение, которое кроссплатформенное для iOS и Android. два джависта.

Это бэкэндеры, джависты.

Бэкэндеры, да. Но это, можно сказать, так, middle слой, потому что есть совсем прям бэкэнд-бэкэнд. Это страховая платформа. Как вот в банках есть автоматизированные банковские системы, вокруг которых всё строится, так и в страховых точно так же есть такое ядро страховое, которое мы не разрабатываем сами, а некая платформа, которую мы настраиваем под себя. И у нас это платформа Guidewire. Она, на самом деле, скорее всего, не страховым людям ни о чем не скажет, но вот некое ядро страховое. в котором свои программисты. То есть вот три слоя разработки у нас имеется.

То есть это фронт, те, кто делают прям приложения, которым пользуются люди?

Да. Дальше микросервисная архитектура, и на микросервисах весь middle слой взаимодействия, по сути, вся логика клиентского приложения. И дальше под всем этим лежит уже страховой бэкэнд, в котором в том числе работают еще и саппорт, менеджеры по выплатам, все те, кто страховые операции умеют еще делать руками.

Тамара, мне дико интересно про вот эту платформу, потому что я загуглил, нашел сайт этой компании, там среди пользователей самые крупные страховые в мире, о которых даже я слышал, типа Альянс, еще что-то, еще что-то, там Медлайф, и там такое описание, как будто это конструктор, из которого можно собрать любую страховую платформу.

Действительно, все платформы, современные платформы, мы сейчас говорим, они стараются сделать конструктор, который позволит любой новой компании под свои нужды собрать продукт. Что вообще такое страховой продукт? Это матрица. что ты страхуешь в набор объектов и от чего ты страхуешь. И вот на пересечении выбранных столбцов этой матрицы рождаются конкретные продукты. Дальше под выбранные как раз столбцы и строчки в этой матрице настраиваются тарифы, когда у тебя в таком-то случае такие-то коэффициенты включаются, повышающие, понижающие, то есть это некий такой движок.

Это финансовая модель условно. То, сколько за что ты чарджишь и сколько за что выплачиваешь.

Да-да-да, то есть дальше там есть уже заготовленные куски, модули, позволяющие всё это оплачивать, настраивать. В общем, всё, что может страховой компании потребоваться, например, ты можешь настроить в этой коробке страхование заводов, когда там такие комплексы рисков и объектов закладываются, просто списки огромные. И самому это программировать, ну, это нереально с нуля.

И они тебе гарантируют, что это точно работает, никогда не падает?

Да. Естественно, это накладывает определенные ограничения. Ты вынужден подстраиваться под их модель данных. Основное, это, конечно же, просто модель данных и интерфейсы по работе с этой моделью. Вот все, что из себя представляет эта платформа.

Тамара, это SaaS или это коробка, которую ты у себя устанавливаешь?

устанавливаешь у себя, то есть мы у себя её разворачиваем и её под себя настраиваем.

На чём guidewire написан?

Если не ошибаюсь, сама она написана на Java, а то, на чём это всё настраивается, это язык свой, называется Gosu, он Java-based, то есть он очень близок к Java, то есть его могут освоить джависты, но он проще, гораздо проще, чем Java.

Звучит как SAP и ABAP.

Примерно вот из этой же категории он, да, примерно такой же монстр, У нас

есть жанр, где я маме своей объясняю все слова, которые встречаются. САП— это система автоматизации производства, в которой работают большие заводы, Макдональдс и вот это всё. И для неё есть свой язык программирования, ABAP — писать на нём— это мучение, но такие люди довольно хорошо зарабатывают и зовутся не программистами, а консультантами САП. Это такая внутренняя шутка.

Да, есть такие. Их больше, чем разработчиков Guidewire. Это тоже отдельная боль. Когда ты принимаешь решение устанавливать у себя какую-то платформу, какую-то коробку, ты всегда утыкаешься в то, что тебе потом надо искать под это программистов. Чем это более узко заточенная специализированная коробка под какую-то индустрию, тем меньше там будет разработчиков.

А вот как ты искал для Guidewire программистов?

Гайдвайр в России установлен, помимо нас, у Тинькофф и у Росгосстраха. Поэтому главный разработчик был перехантен (hunt) из Тинькофф, и он забрал с собой нужных людей, и потом нашёл ещё подрядчиков.

Жесть какая.

Так всё и работает. Мы всё по сарафанному радио передаём друг другу.

Много переплатили за этого программиста. Это же золотая голова просто.

О, нет. Программисты тоже хотят работать в индустрии или в компании, которая несёт что-то доброе и светлое. И просто быть винтиком в огромной коробке не всем нравится. И многие готовы переходить на ту же самую зарплату, просто чтобы что-то создавать, а не просто по ТЗ разрабатывать то, что бизнес через три головы вверху тебя придумал.

А у вас типа стартап?

У нас стартап. У нас всего 50 человек, из них 10 человек – это support, 16 человек – это программисты, остальные – это вот чуть-чуть продукта, маркетинга, менеджмент, бухгалтерия, ну вот все-все-все.

Слушай, а насколько сложно взять просто Java программиста и научить его этой системе?

Научить несложно. Сложнее найти человека, который решит это сделать, потому что ему надо объяснить, а в чём ценность того, что он будет это сделать. Потому что джависты востребованные будут ещё очень долго, и быть джавистом в России сейчас очень круто. Они очень неплохо сейчас зарабатывают, особенно если знают вокруг Джавы ещё что-нибудь. Поэтому, скорее, надо брать, наверное, студентов, которые ещё не выбрали направление, и их обучать. Росгосстрах, я знаю, в эту сторону идёт. Они прям школу у себя открывают. В Альфе, например, с Pega (Pegasystems). Это аналог САПа, то есть тоже Ну, для банков. Платформу по автоматизации процессов. Неважно, для всего. Они просто стоят, как чугунный мост, поэтому могут позволить себе только крупные компании. И там тоже свой язык программирования. И точно так же надо обучать людей, и они открывают школы, набирают специалистов, там, студентов с последних курсов и их учат. Я надеюсь, что мы до этого не дойдем. Не знаю, что будет через год, через два.

Слушай, Тамара, а сколько зарабатывает такой программист?

Ну, хорошо зарабатывают, а в Европе особенно хорошо они зарабатывают. В Европе, на Западе ты правильно посмотрела на сайте, какие компании используют, поэтому там ценник начинается от, ну, грубо говоря, от 200, и там до бесконечности может быть.

Погоди, 200 чего?

200 тысяч рублей в месяц программист-гайдвайер может получать просто даже на начальном этапе ввиду дефицита.

что ли, джуном?

Можно. А потом легко уехать, если язык позволяет, уехать на запад, там они вообще хорошо получают в евро. Поэтому можно вполне себе получать в валюте.

Раньше этот подкаст слушал только моя мама, и поэтому я объяснял сложные штуки для неё. А недавно подкаст начал слушать папа. Так что теперь я буду обращаться и к тебе тоже, папа. Так вот, для папы. Меня удивило, что у Тамары разработка делится на три уровня, и на всех трёх уровнях происходит активная работа. Обычно разработка состоит из двух частей— из фронтенда и бэкэнда. Фронтенд— это то, что видят пользователи, то где-то там кнопки нажимаешь, и бэкэнд— то, что происходит под капотом. В очень сложных, больших системах выделяют еще так называемое ядро, core. Например, в банках это система, которая хранит состояние счетов и транзакции. Вся разработка обычно происходит на уровне среднем, который связывает ядро, Guidewire, с пользовательскими интерфейсами. Это так называемый middleware уровень, который у Тамары состоит из микросервисов. Интересно, что у нее разработка не заканчивается на middleware, а входит и в ядро тоже. Вот почему у вас всё-таки есть front-end программисты, почему есть middle слой, если эта платформа такая, типа, кастомизируемая? Кажется, что это же, наоборот, такая штука, которую быстренько настроил, просто надо знать, какие рычажки покрутить.

Не быстренько, в том-то и дело, что большая часть страховых операций все настраиваются внутри, поэтому, чтобы их настроить, это программирование тоже в какой-то степени.

А, вся бизнес-логика внутри гайдвайра.

Бизнес-логика, да, внутри гайдвайра.

А middle— это просто такая прослойка, суперпростой API, который авторизацию только делает.

Скажем так, нестраховая часть, кэшбэк, реферальная система, какие-то ещё вещи делаются. Всё, что можно, всё, что относится не к страхованию, делается на микросервисах, всё, что относится к страхованию, делается в Guidewire.

Авторизация делается вот в Middleware, да, собственно?

Да, авторизация делается, да, на своём.

База больниц теперь при этом внутри Guidewire?

Можно сказать и так. Если мы сейчас совсем в технику пойдём, у нас на базе Kafka архитектура, если это тоже о чём-то говорит, то есть event-based архитектура.

В обычных базе данных хранится, типа, результат, а у вас хранится вся история событий. Блин, надо как-то маме всё это объяснить.

Ну, маме объяснить это можно вот, наверное, да, как раз через бухгалтерский журнал. Вот представьте, все поступления, все операции просто записываются сверху вниз, постоянно. В общем, весь поток данных пишется-пишется, и ничего не удаляется из истории. И уже все, кто хочет какие-то выводы или какие-то данные извлечь, он просто перечитывает этот журнал.

Например, текущий.

баланс Баланс, да, собрать. И из этого журнала по нужным ключам всё что угодно вытаскивает, и любые операции с этими данными делает. Но этот журнал с данными остается неизменным. Ты можешь туда только писать и можешь оттуда только читать.

Обычно я работаю с базами данных, в которых ты прямо меняешь значения. То есть у Васи 5 рублей, я пишу у Васи 5 рублей. У Васи 7 рублей, я меняю 5 на 7 и забываю, что когда-то было 5.

А здесь ты пишешь о том, что ты сначала дал Васе 5 рублей, а следом появляется запись, что ты дал Васе 7 рублей. И те программы, куски, модули, которые вычитывают эти данные, они смотрят по последней записи исторической и смотрят, что сейчас у Васи 7 рублей, а не 5 рублей. логика работы с этими данными меняется, да. То есть у нас data log, всё строится, вся архитектура строится вокруг такого лога данных, то есть туда падают все события из всех систем. То есть если клиенты что-либо заводят, делают, оформляют подписку на франсе у себя, это всё падает в этот data lake, в Kafka (Кафку), то есть это не шина, это вот именно такое озеро данных. И оттуда уже вычитывает их гайдвайр и размещает по своим структурам. Если клиентский саппорт что-либо делает, в самом гайдвайре, например, тоже заводит клеймы, меняет какие-то данные в полисах при общении с клиентом, это опять отбрасывается туда, в Data Lake, и уже фронт вычитывает эти данные и клиенту в личный кабинет это все отображает. Все строится вокруг Kafka.

Получается, что у вас обмен данными между медлом и гайдвайером, он происходит через данные, через общие источники, то есть и те, и другие, из Kafka напрямую читают и пишут?

Да-да-да, всё происходит через обмен данными, через Kafka.

Блин, круто. Я про кавку слышал, типа теоретически знаю,

но не... Это не самая пока распространённая архитектура. Уже сталкиваемся с тем, что далеко не все программисты умеют с ней работать. Она, можно сказать, такая новомодная.

Да, но это очень круто, потому что ты реально хранишь историю. Мне кажется, у вас как раз та индустрия, в которой это реально надо.

Ну, это по разным причинам потом может быть очень удобно, это и сейчас уже во многих вопросах удобно. Ну, любая архитектура, будем честны, создаёт как сложности, так и возможности. Вот эта архитектура нам даёт много возможностей для аналитики, для того, чтобы с этими данными что угодно делать, любые модули, втаскивать в архитектуру какие-то куски, программные решения, их вытаскивать оттуда, заменять одно на другое, постоянно обращаясь к этим данным.

То есть для папы, в любой архитектуре есть база данных, место, где мы храним информацию. Представь себе схему, в которой пользователь обращается к микросервисам для того, чтобы что-то сделать. Обычно эти микросервисы не ходят в базу данных напрямую. Они для этого делают запросы в ядро, в гайдвайр. У манго все по-другому. В манго сервисы ходят напрямую в базу данных, пишут и читают информацию напрямую из базы данных. А гайдвайр просто является еще одним таким сервисом. Это best practice для пользования Guidewire?

Нет, это вообще архитектура отдельно совершенно проектировалась. Такая архитектура позволяет любую часть этой системы выключить и поставить другую. То есть цель такой архитектуры в будущем максимально отвязаться от каких-то выбранных сейчас решений.

Гайдвайер из коробки или у большинства компаний, он же скорее всего не в такой системе работает, а у них там Oracle и REST API, да?

Да.

То есть вы взяли индустриальное решение, которым пользуется вся индустрия, и использовали ее не так, как придумали основатели, а вообще по-другому.

По-другому, потому что многие пытаются отстраивать архитектуру своих компаний вокруг таких коробок, и потом упираются в то, что они с этой архитектурой должны жить веками. Нас это не устраивало. Мы понимали, что мы не уверены в своём выборе, не можем быть уверены никогда. Мы не знаем, куда повернёт индустрия лет через десять, и заранее себе ограничивать архитектуру, ну, было бы очень глупо. Поэтому пошли в сторону более гибкой архитектуры, микросервисной архитектуры, в которую мы сейчас встраиваем гайдвайр, но в любой момент можем принять решение и отказаться от гайдвайра, вместо гайдвайра поставить, может быть, самописное решение, любое другое решение, которое появится, может быть, через 5 лет на рынке, более интересное.

А кто придумал архитектуру эту?

Разработчики. Я, когда вышла в Манго, я была пятым сотрудником в компании и первым айтишником в компании, моя задача была собрать команду. Задача была найти человека, который бэкэнд выберет, вот страховой бэкэнд выберет и команду соберёт, и человека, который архитектуру микросервисную компании подстроит. Я из Альфа-Лаборатории, с которыми работала, и один из них как раз придумал архитектуру, решение вокруг Kafka всё строить.

Офигеть, а ты насколько в этом участвуешь, в том плане, есть ли у тебя право вето на технологии, и вообще, насколько ты делегируешь эту ответственность и власть в выборе технологий, в выборе архитектуры?

Я распоряжаюсь бюджетом, для начала. Естественно, у кого деньги, у того и власть. Да. Тут, опять-таки, ничего нового в этом мире. Я по образованию сама программист, окончила Бауманку и долгое время в Альфа-банке была разработчиком, затем архитектором. То есть я в целом понимаю, что происходит и так далее. Но я уже отошла от проектирования и, главное, не горю желанием туда развиваться. Очевидно, что я уже начинаю отставать в каких-то инженерных решениях, поэтому предпочитаю делегировать, принятие архитектурных решений. Но у меня такое осознанное делегирование, когда ребята принимают какие-то решения, но должны их обосновать. Поэтому право вето есть, но максимально я стараюсь выбирать людей, которым доверяю.

Приходилось ли тебе его использовать?

Да, приходилось как раз, когда мы решали, какой страховой бэкэнд использоваться, у нас была очень серьёзная битва, использовать ли готовую платформу. Тогда мы выбирали, будет это гайдвайр или что-то другое, или писать свой страховой бэкэнд. Мы даже пошли в пилот и параллельно с выбором коробки начали писать на микросервисах своё какое-то решение, и вся команда разработки была за то, чтобы писать свой бэкэнд.

Ясен перец. Кто же не хочет написать свой финансовый бэк-энд? Да.

Никто не хочет интегрироваться с решением, которое было спроектировано минимум 10 лет назад. Гайдвайр ещё самое последнее из тех, что проектировано, а есть гораздо более такие древние решения. Новых, к сожалению, нет. Ну, очень сложно платформу изобрести вот прямо сейчас и быстро её вывести, поэтому всегда платформы будут отставать.

Я смотрел, Гайдвар стоит 10 миллиардов долларов в компании.

Да, потому что они продают экспертизу, они не продают технологии, они продают свою экспертизу. Но нет в России, я не знаю про другие страны, может быть, там получше история с технологиями в страховании, но в России нет сейчас инженеров, которые способны спроектировать с первого раза страховой бэкэнд, который потом будет еще и масштабируем под все хотелки будущей бизнеса. Ну это просто нереально. Поэтому мы вынуждены были выбрать решение любое, которое нас устроит по технологиям, по финансам, но уже готовое, и не заниматься разработкой чего-то под капотом, что клиенты никогда не увидят. Мы не софтверная компания, мы страховая компания. То есть это означало, все, что удобно для бизнеса, означает боль для разработчиков. Чаще всего. Вот ровно поэтому пришлось тогда принять непростое решение, отказаться от собственного бэка, просто выкинуть пилот, который мы тогда разработали, и сказать, что нет, мы стартуем на коробке. Да, в архитектуру закладываем возможность отказа от неё в будущем, но не сейчас, не на старте.

Сколько времени вы делали этот пилот?

Он был спланирован на 6 месяцев, но занял 3.

Уже стало понятно, что ничего не успеваете?

Уже стало понятно, что мы не продадим эту необходимость, это решение инвесторам. То есть просто они бы не купили, и они правы. Вот здесь я благодарна нашим консультантам и прочим, которые объяснили популярно, почему будет ошибкой. И основным ещё и тот же аргументом, который сработал, был опыт западных компаний, тот же Lemonade, Coya, на которую мы тоже смотрели, инвестор которой, наш консультант, это немецкая компания страховая, они тоже digital страховая, стартап, на год или на два раньше нас запустились, тоже с квартирами с недвижимостью. Обе компании решили делать свой бэкэнд, делали его два года, чтобы запуститься. Мы запустили за 9 месяцев. на готовом. И они до сих пор сейчас колются, но едят кактус, пытаясь сделать под капотом то, что клиенты не увидят, просто потому что много ошибаются. Это понятная история.

Офигеть. Ты, Тамара, начала рассказывать, что ты была пятым сотрудником в компании. Кем ты до этого работала?

Я очень долго проработала в Альфа-лаборатории. За год до решения уходить в Манго, Альфа-лабораторию было принято распустить, о чём мы узнали из новостей в газетах. Только потом выяснилось... Чего?

Подожди.

У Альфы лет 8-10 назад они приняли решение, все диджитал-решения, разрабатывать в рамках отдельного инновационного диджитал-подразделения интернет-банки, мобильные банки, любые новинки, эксперименты. ну, все программисты диджитал-решений, скажем так. В первом составе Альфа-лаборатории было всего 40 человек, под конец 340 человек было. И я была с самого начала, пришла туда еще там маленьким разработчиком, потом уже была руководителем проектов. Утром пришли и смотрим новости, то ли ведомости, то ли коммерсант пишет новости о том, что Альфа-банк принял решение распустить Альфа-лабораторию. После этого уже руководство вынуждено было собрать нас всех и рассказать нам, что так и так, теперь программистов растаскивают по бизнес-блокам, не будут интернет и мобильный банк разрабатывать всем банкам с коопа. В общем, структура полностью поменялась. Многие тогда начали уходить из Альфа-Лаборатории, потому что культура пропадала, в общем, всё-всё-всё ломалось. Я тоже уже решила уходить, и в этот момент к нам в офис на пару месяцев буквально посадили CEO-основателя Манго. Почему его туда высадили? За некоторое время до этого Авен, Фридман, не знаю, кто еще, они приняли решение, что в составе Альфа-групп, в которые входил Альфа-банк, в которые входит Альфа-страхование, нужно создать еще одну страховую компанию, потому что текущая страховая компания, вот с текущей бизнес-моделью с продажами через банки и агенты, это не то, где будущее. Это такая уже устаревающая бизнес-модель. трансформировать работающую конструкцию. Никто не будет, это не сработает. Надо просто создать новую компанию заново. Виктора выбрали в качестве лидера всей этой компании и временно выделили ему офис на территории еще существовавшего офиса Альфа-лаборатории, где мы с ним и познакомились. Просто буквально в коридоре разговорились над темой проекта, который он только-только запускал, еще вообще не имея никого. из сотрудников, и очень меня зацепило историей о том, что страхование сейчас находится на том же уровне, на котором банки были 10 лет назад, до появления всех цифровых, Тинькофф, Точка, Рокетбанк, вот до всех этих новомодных решений. И есть сейчас огромный потенциал и интерес отстроить с нуля, по сути, перезапустить страхование таким, какое оно должно быть, и которое должно работать на благо клиента с удобными простыми интерфейсами, с простыми процессами, дешёвое и полностью заточенное под людей, диджиталов, какими мы все являемся. Плюс ещё собрать для этого команду мечты так, как мы это хотим. Ну, трудно было сопротивляться этому, и я пошла за Виктором.

То есть, получается, внутри, на самом деле, одна группа компаний перешла из одной дочки в другую. Слушай, у нас есть такой жанр, мы спрашиваем у всех гостей, за чем они следят в интернете.

Основной сейчас источник для меня полезной информации есть телеграм-чат такой, называется Schmidt16. Мне их однажды посоветовали, и я с тех пор от них фанатею. Туда входит Ваня Замесин, известный продакт, он сейчас курсы ведёт и прочее. Туда входит из российских основателей Udoo. В общем, это ребята, которые сформировали такой свой клуб продактов, предпринимателей. Часть из них в Кремниевой долине, часть из них в России. Это русскоговорящие все ребята, а часть из них, эмигрировавшие в своё время в Штаты. И они такое сообщество сформировали, людей обмениваются там мнениями. У них есть такой официальный свой чат, а ещё у всех этих ребят есть свои телеграммные каналы. И вот Там чаще всего они публикуют кучу всякого полезного контента, и книжки, и какие-то свои разговоры, и беседы, и прочее, прочее, прочее. И вот я там дальше по цепочке раскручиваю, что такого интересного можно почитать из того, о чём они говорят. Плюс есть ещё Y Combinator.

Hacker News.

Нет, это венчурный фонд, который помогает запускаться, и у них есть блог, который я в последнее время прям активно почитываю. Пол Грэм (Paul Graham). Могу соврать, кем он является для YC-комбинатора. По-моему, один из основателей, один из инвесторов этого фонда. И вот у него офигенный блог про предпринимательство, про бизнес, про стартапы просто потому, что он в этой индустрии крутится, и он прям реально на передовой. И вот он очень крутые вещи пишет про это.

Спасибо тебе огромное, Тамара, это было дико интересно, мне очень понравилось.

Спасибо, что позвал.

Это подкаст студии Либо-Либо, и мы его сделали вместе с сервисом онлайн-образования Яндекс Практикум. Под подкастом работали редакторы Юлия Яковлева и Андрей Борзенко, продюсер Павел Боровков, звукорежиссер Нина Мамотина. За джингл спасибо Алексею Зеленскому.