Стив Джобс: как хиппи со скверным характером стал отцом цифровой революции

Либо-либо.

Не позволяйте шуму чужих мнений заглушить ваш собственный голос. И самое главное, имейте смелость следовать за вашим сердцем и интуицией. Они каким-то образом уже знают, кем вы на самом деле хотите стать. Все остальное второстепенно. Оставайтесь голодными. Оставайтесь сумасшедшими.

Вы наверняка узнали этот голос и эту цитату, одну из самых растиражированных в новейшей истории. Обладатель этого голоса знал, о чем говорил. Он вырос в приемной семье автомеханика и домохозяйки, скитался по Индии в поисках смысла жизни, экспериментировал с ЛСД, побывал на обложках самых престижных бизнес-журналов и стал одним из самых влиятельных и богатых людей на Земле. Он построил компанию, которая делала всё не так, но в итоге стала самой дорогой в истории человечества. Он придумывал продукты, в которые не верил никто, но которые раз за разом меняли жизнь миллионов. Он был тираном, плохим другом и ненадёжным партнёром, но никогда не забывал о своей главной цели— мыслить иначе и посылать шум чужих мнений куда подальше. Привет! Меня зовут Самат Галимов, и это новый сезон подкаста «Запуск завтра». В нём мы рассказываем, как человечество прошло путь от кусочков картона с отверстиями, перфокарт, до мощнейших компьютеров и искусственного интеллекта. Как на этом пути возникали и рушились бизнес-империи, состояния и судьбы. И как всё это повлияло на нашу с вами жизнь. Это четвёртый эпизод, в котором я расскажу, как один малоприятный хиппи станет отцом цифровой революции и откроет нам дверь в новую технологическую эпоху. Этот человек Стив Джобс. Это подкаст студии Либо-Либо. И партнер этого эпизода – компания Яндекс. Яндекс создает технологии мирового уровня и продукты для миллионов пользователей. А еще развивает сообщество для разработчиков и тех, кому интересно работать в IT. В середине выпуска вас ждет партнерская рубрика, в которой я поделюсь своим опытом IT-нетворкинга и расскажу о возможностях от Яндекса. 1974 год. Самое сердце Кремниевой долины. Офис компании Atari. Той самой, которая через три года выпустит мегапопулярную игровую приставку, а потом предложит гиганту IBM разработать под их брендом персональный компьютер. Я рассказывал о ней в первом эпизоде этого сезона. Посреди опенспейса сидит неряшливого вида парень. У него длинные засаленные волосы, густая борода, он ходит по улице босиком, слушает Битлз и Боба Дилана, ест исключительно фрукты и от него заметно плохо пахнет. Ко всему прочему, он ещё и дикий сноб, коллеги обходят его стороной и уже давно просят Нолана Бушнелла, уволить его к чёртовой матери, потому что скоро он распугает всех клиентов. Знакомьтесь, это 19-летний Стив Джобс.

Он верил, что его веганская диета и его образ жизни позволяют без последствий отказаться от дезодоранта и не пользоваться душем. Это была в корне неправильная теория, на что ему постоянно указывали люди в Атаре. Он был довольно резким и неприятным персонажем.

Это вспоминает свой разговор с Джобсом Уолтер Айзексон, который написал книгу «Стив Джобс» и биографии десятков других от Леонардо да Винчи до Илона Маска. Пользы от Джобса тоже было не то чтобы много. У него нет технического образования, в Атаре он занимает позицию техника, которая доводит до ума материнских плат в игровых приставках. Так почему Бушнелл просто не избавился от этой занозы в своем бизнесе? Видимо, дело было в знаменитой харизме Джобса. Бушнелл вспоминал, что этот плохо пахнущий странный парень сразу понравился ему на каком-то интуитивном уровне. «Стив был философом, в отличие от многих, с кем мне приходилось работать. Мы частенько рассуждали о свободе воли и предопределений»,— говорит он. «Я утверждал, что всё предопределено, что все мы запрограммированы. Стив считал иначе». Бушнелл не хотел увольнять Джобса и вместо этого перевёл его на работу в ночную смену, чтобы не смущать клиентов. Но Джобс, не оценивший этого жеста, уволился и отправился в Индию искать духовного просветления. Причём напоследок убедил Бушнелла оплатить ему дорогу до Мюнхена взамен за мелкое рабочее поручение в Германии. Пожалуй, это первая известная манипуляция Джобса, в которых он был пугающе хорош. Он без особых усилий убеждал людей делать то, что ему нужно. Сначала в мелочах, как в этой истории с Мюнхеном, а потом в вещах намного, намного более серьёзных. Люди вокруг называли это Steve's Reality Distortion Field— поле искажения реальности Стива. Термин из культового сериала Star Trek. Джобс декларировал, как само собой разумеющиеся вещи, которые другие, нормальные люди, справедливо считали невозможными. Это было чем-то вроде магического мышления, которое заводило его самого и очаровывало всех вокруг. В этой истории мы еще не раз столкнемся с полем искажения реальности Стива Джобса. Но пока что 19-летний хиппи Стив скитается по Индии в поисках смысла жизни, попутно открывая для себя чудеса ЛСД.

Время, в которое мы выросли, было волшебным временем. Это был самый духовно богатый период в моей жизни, а ЛСД стал одной из самых сильно повлиявших на меня вещей в жизни. Не самой важной, конечно, но близко к тому.

Вообще-то его целью было поговорить с индуистским гуру Ним Кароли Баба, но обнаружил, что тот умер около года назад. Джобс продолжает ездить между Дели и деревнями в северной части Индии, переносит тяжелую дизентерию и в конце концов разочаровывается во всей этой затее. Спустя 7 месяцев он возвращается в Сан-Франциско, похудевшим на 15 килограммов, красно-коричневым от загара, с выбритой головой и в индийских традиционных одеждах. Духовного наставника он все же находит, но не в индийской деревне, а в паре километров от дома, в Лос-Альтос, и на долгие годы становится адептом дзен-буддизма и противником материализма. Да, нелегко ему придется в статусе миллиардера. Позже всю эту историю с путешествием по Индии сам Джобс назовет «побегом от душевной боли», главным источником которой была личная драма. Довольно рано Джобс узнал, что биологические родители отказались от него и добровольно передали на усыновление.

Моя биологическая мать была молодой незамужней студенткой и решила отдать меня приемным родителям. Мать, которая меня воспитала, не заканчивала колледжа, а отец не закончил даже средней школы. Моя биологическая мама в последний момент отказалась подписывать финальные документы по усыновлению и сделала это только несколько месяцев спустя, когда мои приемные родители пообещали ей, что я пойду в колледж. Таким был старт моей жизни.

Джобс очень любил своих приемных родителей и ненавидел, когда их называли приёмными. Он считал их своей единственной настоящей семьей. Несмотря на простое происхождение, отец Стива Пол Джобс был автомехаником, а мать Клара Джобс, армянка, урожденная Кларой Акопян бухгалтером и домохозяйкой, они дали сыну главное – любовь и свободу выбирать. Пол и Клара, как и было обещано биологической матери, оплатили Стиву обучение в Reed College в штате Орегон, но тот бросил учебу после первого же семестра. Он отказался тратить на свое образование деньги, которые родители зарабатывали всю жизнь. Но кое-что важное в колледже он все-таки получил, об этом позже.

Я помню, как прямо здесь, на этой лужайке, я рассказал Лизе Маккензи/McMoyler (имя соседки), которая жила через дорогу, что меня усыновили. А она ответила, «Это значит, что твои реальные родители не хотели тебя?» О, я помню, как я после этих слов тут же побежал домой, заплакал и спросил то же самое у родителей. Они усадили меня и сказали, «Нет, ну что ты, всё это произошло специально для того, чтобы мы выбрали тебя».

Со своей биологической матерью Джобс познакомится только в 31 год, а от встречи с отцом, ресторатором сирийского происхождения, откажется. Впрочем, судьба все равно сведет их при очень драматических обстоятельствах, но об этом потом. А пока... Пока 20-летний исхудавший, загорелый и просветлённый Стив Джобс возвращается на работу в Atari. Там вовсю идёт разработка новой игры. Однопользовательской версии Pong. Симулятора настольного тенниса. Ту, где нужно отбивать мячик в кирпичную стену, и при каждом ударе от неё откалывается кирпич. призывает Стива в кабинет, рисует ему схему игры на доске и предлагает задизайнить это. На стандартных микросхемах для игр в Атаре используют по 50 чипов, но Бушнелл хочет сэкономить и он предлагает Джобсу приятный бонус за уменьшение количества чипов. Бушнелл знал, что в инженерии Джобс, мягко говоря, не силён, зато у него есть умный приятель, к которому тот наверняка обратится. Так и случилось. Джобс действительно идёт за помощью к своему знакомому, талантливому инженеру из HP и обещает ему половину вознаграждения, если всё выгорит. Срок до смешного нереальный— четыре дня. Инженер крутит пальцем у виска и говорит, что на такие задачи уходит несколько месяцев, но каким-то непостижимым образом Джобс убеждает его взяться за дело. Снова оно— поле искажения реальности Стива. Четыре бессонных ночи и микросхема с 45-ю чипами вместо стандартных 50-ти готова. Джобс производит фурор в Атаре и забирает премию. В общем, расчёт Бушнелла блестяще оправдался. Вся эта история вряд ли была бы возможна, если бы не личность инженера, которого нашёл Джобс. Стив Возняк. И вскоре он станет лучшим другом и бизнес-партнёром нашего героя. Правда, задел для дружбы был сомнительный. Джобс сказал Вознику, что получил от Атари 700 долларов и отдал ему половину премии, 350. Как потом оказалось, основатель Atari был так поражен изящностью решения, что заплатил Джобсу не 700, а целых 5000 долларов, большую часть из которых тот присвоил себе. А изуверский срок в 4 дня Джобс установил сам, потому что хотел успеть провести выходные за городом. Хороший друг, не конкурсы интересные. Несмотря на такой странный старт, Джобс и Возник продолжали общаться. Воз, так сокращенно называли Возника, с ума сходил по технике, и все вечера после работы в HP проводил в местном компьютерном клубе Hombrew Computer Club, самодельный компьютерный клуб.

Я взял домой книгу, в которой описывался принцип работы компьютера PDP-8. И это было, ну, просто как Библия для меня. Там были все те вещи, в которые я влюбился. Вроде того, как вы можете влюбиться в какую-нибудь карточную игру, или в разгадывание кроссвордов, или в игру на музыкальном инструменте. Я влюбился.

Место, более пронизанное духом Кремниевой долины, сложно было себе вообразить. Представьте, гараж в Менло-парке. Кучка ботаников с горящими глазами обсуждает компьютерную революцию, которая изменит будущее человечества. И произойдёт эта революция, конечно, прямо здесь, в этом гараже среди бутылок с колой и коробок из-под пиццы, любимой едой всех визионеров, как мы знаем. Звучит до смешного наивно, но по сути эти ботаники оказались правы. Джобс попал на собрание клуба случайно, когда Возняку туда тяжелый телевизор. Его ВОЗ использовал как монитор для самодельного компьютера. Инженерными деталями Джобс интересовался мало, а вот разговоры про новую технологическую эру попали на благодатную почву. У Джобса давно был зуд изменить мир, но он никак не мог понять, как именно.

Помните, что это всё происходило в конце 60-х, начале 70-х? Я тогда как раз достиг совершеннолетия. Для меня главной разжигающей искрой было то, что за всем этим стояло нечто большее, чем наша повседневная рутина. То же самое заставляет людей становиться поэтами, а не банкирами. Это прекрасная вещь. Я верю, что тот же самый дух, что есть в поэзии, можно вложить в продукты и продавать их миллионам людей, передавая этот самый дух через вещи, которые мы производим.

Именно на этом, продаже вещей с поэтическим духом, и сосредоточился Стив Джобс. Он внимательно слушал ботаников на собраниях и решил, что лучшее, что у них есть, это примитивный самодельный компьютер, который вечерами собирал Стив Возняк.

Стив Джобс заметил, что люди в клубе проявляли большой интерес к моему компьютеру, и сказал, давай начнем продавать его. Это стало стартом нашей компании под названием Apple. Так она и началась.

Почему Apple? Вокруг этого вопроса споров больше, чем вокруг того, помогла ли мама Биллу Гейтсу получить контракт от IBM. Самые популярные версии такие. Первое. Стив Джобс сказал которых, правда, тогда ещё не было, что если через 5 часов они придумают хороший бренд для компании, он назовет ее Apple. Вторая версия. Стив Джобс хотел, чтобы в телефонном справочнике его компания была выше Atari, из-за которой он уволился ради запуска. Третья. Яблоко— это символ первородного греха. А Джобс— змей-искуситель, который планировал подсадить весь мир на свои продукты. Истина, как это часто бывает, где-то посередине. Как мы помним, Джобс придерживался фруктовой диеты и особенно уважал яблоки. Кстати, фрукторианцем он стал, побывав в гостях у хиппи, державшего яблочную ферму. А надкусанным яблоко на логотипе оказалось потому, что очертание целого яблока было неотличимо от вишни или томата. автору самой знаменитой книги о нем, говорил следующее. Название звучало забавно, энергично и не страшно. Слово Apple смягчало серьёзное Computer. К тому же в телефонном справочнике мы бы оказались перед Atari. Ну и подсадить весь мир на свои продукты, как мы знаем, ему в итоге тоже удалось. Итак, дано. Один очень хороший инженер, один достаточно сумасшедший маркетолог, прототип персонального компьютера, конечно же гараж, куда без него, очень много амбиций.

В гараже не было даже телефона звонить в компьютерной магазине, он был в спальне Стива, вспоминал возник.

Благо, спальня располагалась недалеко. Эппл базировалась в гараже родителей Джобса. Сейчас это одна из главных достопримечательностей Кремниевой долины. Внутрь попасть не получится, но возле этой невзрачной пристройки к дому ежегодно фотографируются тысячи

Я был здесь, в этом гараже, какое-то время, совсем недолгое. Я работал в Apple, был 12-м сотрудником компании, и однажды помогал основателям перевозить отсюда материалы. Стив Джобс, что компании не хватает кэша, и предложил заплатить мне акциями, но я предпочел им деньги. Моя мама до сих пор припоминает мне этот случай.

Это автор фильма Triumph of the Nerds, Роберт Крингели (Robert X. Cringely), вспоминает, пожалуй, самый недальновидный поступок в своей жизни. Как человек, не купивший в восьмом году биткоины, разделяю эту боль. Самодельный компьютер возника, который появился в этом гараже в 1974 году, был не сильно функциональнее Альтаира, первого в мире персонального компьютера. разработанного компанией MITS. О том, как Altair выглядел и что он умел, я подробно рассказывал в первом эпизоде. Если коротко, заставить этот ящик что-то делать можно было, только если очень долго переключать тумблеры на корпусе. Ни монитора, ни мыши, ничего, что мы сейчас вкладываем в понятие компьютер, там не было. Тем не менее, обе модели, и Altair, и Apple I произвели фурор. Потому что персональный микрокомпьютер в середине 70-х сам по себе был чудом, а всё остальное— детали. Чтобы запустить Apple I в производство, нужны были деньги. Джобс продаёт свой хиповый микроавтобус Volkswagen T1 и пересаживается на велосипед. А возник сбывает с рук своё главное сокровище – программируемый калькулятор HP65, который умел исполнять код длиной до 100 строк с помощью перфолентов. Вырученные деньги пошли на гонорар знакомому сотруднику Atari, который создал схему серийной печатной платы для Apple I. Прежде чем приступить к сборке, Джобс хотел убедиться, что их компьютер нужен кому-то за пределами гаражного кружка ботаников. Случай проверить это подвернулся. На одно из собраний клуба пришел владелец The Byte Shop в Менло-Парке, Пол Террелл. Презентация компьютера его впечатлила, и он предложил Джобсу зайти к нему в офис. Джобс так и сделал. На следующий же день он пришёл к Полу Тереллу. Босиком. И тем не менее заключил сделку, которую они с Возником потом называли главной в их жизни. Терелл согласился купить 50 компьютеров Apple 1 по 500 долларов за каждый. Вау. Денег на комплектующие нет. Большую часть деталей Джобс берёт в кредит и собирает под друзьям ещё 5000 долларов. О том, чтобы отдать заказ на завод, речи не идёт. Дорого и не факт, что схему прочитают правильно. И Джобс подряжает на сборку друзей. Так, чипы материнской платы вставляли его беременная Патти (Patty) и Дэниел Коттке (Daniel Kottke), получая по доллару за каждый. Бывшая девушка Дэниела, которая когда-то работала ювелиром, паяла микросхемы, а на звонки отвечала мама Джобса Клара, создавая иллюзию серьезной компании. Сам Джобс руководил процессом, уже тогда жестко и авторитарно. Исключения он делал только для ВОЗа, на которого за все годы совместной работы ни разу не повысил голос. Через месяц заказ был готов. 50 компьютеров без клавиатуры, мониторов, блоков питания и даже корпусов поступили в магазин Террелла. Всё это владелец магазина был вынужден добавить за свой счёт. Корпусы, например, Террелл делал сам из дерева. Зато в отличие от Альтаира, который поначалу продавался в виде конструктора, Apple I не нужно было собирать самому. Купил и пользуйся, если придумаешь как. Друзья, сейчас мы перейдёмся на нашу партнёрскую рубрику. На прошлой неделе я рассказывал вам про новое рабочее пространство Яндекса в Московском парке Горького. Уже завтра, 6 сентября, коворкинг на крыше от Яндекса и гаража. Это пространство, куда можно прийти поработать и провести рабочий сезон. А ещё в нём устраивают много мероприятий. Например, уже через неделю, 12 сентября, на крыше гаража отпразднуют День разработчика. Вас ждут математические задачи по мотивам популярных киновселенных, Зоны с ретро-играми, тематические квизы и, конечно, приятная атмосфера. коворкинга можно по ссылке в описании. Приходите проверить, как оттуда работается, уже 6 сентября. А 12 сентября заглядывайте отпраздновать День Разработчика. Apple 1 сделал главное. Показал Джобсу, что рынок жаждет больше персональных компьютеров. Возник садится за разработку следующей модели. Apple 2.

Мне было совершенно ясно, что существует очень много энтузиастов, которые любят ковыряться с железом и могут собрать свой собственный компьютер. Или, по крайней мере, взять нашу материнскую плату, добавить трансформаторы, клавиатуру, всякие остальные нужные вещи и сделать на ее основе свой компьютер. Но на одного такого человека приходится тысяча других, которые не могут этого сделать, не хотят с этим разбираться, а хотят открыть для себя программное обеспечение и изучать его. Как я, когда мне было 10, и я открыл для себя компьютеры. Так вот, моей мечтой для Apple II было продавать первый настоящий пакетный компьютер.

Вспоминал Джобс. На этот раз он хотел сделать все как надо, и продавать продукт идеальный не только снаружи, но и внутри. Этому, кстати, его научил отец-автомеханик.

Пол Джобс был солью земли, отличным механиком, научившим своего сына Стива делать по-настоящему прекрасные вещи. Однажды они вместе строили забор, и Пол сказал, ты должен делать заднюю сторону забора такой же красивой, как и переднюю часть. Даже если этого никто никогда не увидит, ты будешь знать, что посвятил себя созданию чего-то идеального.

Пересказывает слова Стива Уолтера Айзексона. Однажды Джобс увидел на прилавке кухонный комбайн с лёгким пластиковым корпусом и решил, что у его компьютера должен быть ровно такой же. Потом подумал ещё и постановил убрать из блока питания вентилятор, потому что вентилятор внутри компьютера противоречил принципам Дзен, мешая, так сказать, быть в моменте. Возник, конечно, был не очень рад всем этим идеям, но спорить с Джобсом было непросто. Для запуска производства требовалось порядка 100 тысяч долларов. Столько у друзей уже не займёшь. Тогда Джобс пошёл в большой мир искать инвестиции. Делал он это довольно экстравагантно и не особо успешно. Сначала встретился с одним из директоров Atari Джо Кинаном, но из этого ничего не вышло. Джобс пришёл, чтобы отрекламировать его новый продукт, но Кинан его едва дослушал. От Стива пахло так, что старикам мутило. А когда закинул босые ноги прямо на стол Кинана, тот с криком выставил его за дверь. вспоминает в книге Айзексона Эл Алькорн (Al Alcorn), в 70-х главный инженер Atari. Ещё ему удалось договориться о презентации в штаб-квартире Commodore, тогда крупного производителя печатных машинок, во время которой он вёл себя самоуверенно, что возник, которого тоже взяли на эту встречу, чуть не провалился сквозь землю. Удивительно, но там Джобсу тоже отказали. Отказал и его давний фанат, основатель Atari Нолан Бушнелл. Джобс предлагал ему треть компании в обмен на 50 тысяч долларов. Ох, Нолан. В итоге треть Apple получил бывший инженер и менеджер по маркетингу Intel Майк Марккула (Mike Markkula), который вложил в идею Джобса и Возника 250 тысяч долларов.

«Это огромные деньги для двух человек, у которых ничего не было в жизни, у которых не было счетов в иностранных банках», вспоминал Стив Возник.

«Майк взял меня под свое крыло. Наши взгляды на мир во многом совпадали. Маркул утверждал, что, создавая компанию, нужно стремиться не разбогатеть, а просто делать то, во что веришь. Только так можно добиться успеха»,— говорил потом Джобс. Получив деньги, Apple нанимает 12 первых сотрудников и переезжает из родительского гаража в полноценный офис в Купертино, городке в часе езды от Сан-Франциско. Работа кипит, и к 77 году компания выпускает Apple II. Компьютер в уже привычном нам виде, с клавиатурой, дисководом для дискет и монитором, правда последние два компонента надо было докупать отдельно. Зато монитор мог воспроизводить, только представьте, целых 6 цветов. Кстати, именно поэтому то самое яблоко на логотипе Apple сначала сделали разноцветным, чтобы показать, что монитор-то цветной. А ещё полосатое лого в цветах радуги выглядело психоделично, и очень нравилось Джобсу.

Я сделал цветной компьютер, которым бы сам хотел пользоваться. И Джобс сказал, что мы могли бы продавать по тысяче таких компьютеров в месяц. Как можно продавать по тысяче чего-то в месяц?

Дай ему время, ВОЗ. Дай ему время. Первым выходом Apple II в свет стала выставка West Coast Computer Fair, компьютерный фестиваль западного побережья. Любовь Джобса к эффектным презентациям разыгралась тут в полный рост. Он забронировал самое проходное место на экспозиции, обтянул стойку чёрным бархатом, заказал освещенную стену с яблоком из органического стекла и поставил посреди всего этого великолепия три компьютера Apple II. Именно столько и ни одним больше было собрано компаний к тому времени. Чтобы создать иллюзию крупного производителя, Джобс расставил вокруг стенда пустые коробки, в которых якобы были десятки компьютеров, и заказал себе и Возу костюмы тройки, в которых они смотрелись крайне нелепо. Старания окупились. На той выставке Apple продала 300 компьютеров по 1300 долларов каждый и заключила договор с первым зарубежным дилером— текстильной компанией из Японии.

Мы тогда украли шоу у всех остальных.

Это Стив Джобс дает интервью для фильма Triumph of Nerds.

Куча дилеров и дистрибьюторов выстраивались к нам в длинные очереди. И мы рванули вперед.

Сколько вам было лет?

21.

21? А когда наладилось полноценное серийное производство Apple II, успех оказался ошеломляющим. По сути, это был первый в мире полноценный персональный компьютер с функцией вывода текста на экран, который, напомню, был еще и цветным. Просто взрыв мозга. Его хотели все. Отдельной фичей Apple II было программное обеспечение VisiCalc, разработанное аспирантом Гарварда Дэном Бриклином и его другом-программистом Бобом Франкстоном. VisiCalc— это сокращение от Invisible Calculator— видимый калькулятор. По сути, это была программа для электронных таблиц, предтеча Excel. С его помощью можно было систематизировать любые цифровые показатели и играться с ними. Меняешь один показатель— автоматически меняются остальные.

Это давало возможность людям, одержимым цифрами, вне зависимости от того, есть ли у них свой бизнес, работают ли они дома, какой у них доход, какова оценка их портфеля инвестиций, каков бюджет их проекта, играть со сценариями, менять их, как бы говорить себе, а что, если я сделаю вот это? Визикалк давала людям ощущение контроля, примерно такое же, какое возникает за рулем автомобиля, только с цифрами.

Вспоминает Марв Голдшмидт (Marv Goldschmitt), владелец компьютерного магазина в Массачусетсе, который продавал Визикалк. Визикалк совершила отдельную мини-революцию, превратив персональный компьютер из источника развлечений в серьезный бизнес-инструмент. Электронная таблица стала настоящим хрустальным шаром для каждого бизнесмена. Она отвечала на любую модификацию вопроса «А что если?» «А что если я уволю инженерный отдел?» «Что если я вложу 10 миллионов долларов во фьючерсы?» У самих создателей VisiCalc к своему изобретению был один, но очень важный вопрос «А что если мы его запатентуем?» На это нанятый юрист по патентному праву дал ответ в духе «Ну попытайтесь, конечно, но вероятность успеха не более 10%» Патентовать ПО в то время было не принято. Считалось, что программы— это просто математические алгоритмы. А математические алгоритмы, как закон природы, не патентуются. Прикинув, во сколько им обойдутся все юридические проволочки, создатели электронных таблиц отказались от этой идеи. В итоге они получили только разовый гонорар от Apple. А роялти с продаж миллионов копий, по 100 долларов каждая, прошли мимо них.

Мы дети 60-х, и всё, чего мы хотели, это сделать мир лучше, оставить свой след в нём. И мы это сделали.

Утешал себя разработчик VisiCalc Дэн Бриклин.

Так что по нашей собственной шкале мы очень успешны.

По-настоящему успешны были 22-летний Джобс и 27-летний Возник, которые только и успевали размещать новые заказы на производство Apple II.

С кем ни поговори, все были взволнованы тем, что мы делаем. Произошел огромный медиа-взрыв, вроде того, что случился с появлением интернета. Вы читали об этом снова и снова и снова.

Это вспоминает Стив Возник.

Вы читали об этом каждый раз, садясь в самолет. Каждая газета писала о микрокомпьютерах. Apple была одной из самых ярких компаний в мире. Поэтому нас изображали как лидеров революции. И мы чувствовали себя лидерами революции. Мы собирались по-настоящему изменить мир. Неплохо для

компании, которую основали 3 года назад в родительском гараже. Давайте честно, в 22 года, если бы на вас свалились деньги, о которых вы даже думать не могли еще год назад? Так вот, Стив Джобс выбрал другой путь. Он вложил все заработанное в новый проект, который оказался еще более сумасшедшим, чем все, что он делал до этого. Проект назывался Лиза. Это был профессиональный графический компьютер для дизайнеров, который по задумке Джобса должен был стоить в рознице 10 тысяч долларов. Больше 32 тысяч долларов в эквиваленте на сегодня. Почти в 10 раз дороже Apple II. Нереальные по тем временам деньги для большинства американцев. Откуда вообще взялась эта идея с компьютером для дизайнеров? От компании Xerox. Сейчас все объясню. Xerox в конце 70-х— очень успешная и богатая корпорация, которая поставляла свои копировальные машины почти в каждый американский офис. На свободные средства финансировала исследования в компьютерной сфере и даже основала для этого целый огромный центр— Xerox Park. Туда в 79-м году и попал Джобс. Xerox хотел купить акции Apple до IPO по еще дружественной цене. И этот визит был как бы частью этой сделки. Стив так и сказал, не без азиатского изящества. Я позволю вам вложить миллион долларов в Apple, если вы распахнёте кимоно в парк. Сотрудники провели для молодого подающего надежды предпринимателя подробную экскурсию, гордо показывая все свои разработки. Знали бы они, чему всё это кончится. Джобс.

Мне показали три вещи, но я был так ослеплен первой из них, что на самом деле не разглядел две других. Одной из них была объектно-ориентированное программирование.

Это ведущая парадигма программирования, которая лежит в основе Java и C++.

Но я не разглядел этого. Вторая вещь, которую мне показали, это объединенная компьютерная сеть. Сотни компьютеров работало сообща, используя для связи электронную почту.

А тут речь про изобретение интернета.

И даже этого я не увидел. Настолько я был ослеплен первой вещью, которую мне показали. Это был графический интерфейс. Я подумал, что это лучшее из всего, что я видел в своей жизни.

Это стало поворотным моментом в истории Apple. Джобс решил, что именно за графическими интерфейсами будущее компьютеров, и использовал всё, что подсмотрел у Xerox в этой сфере при разработке Лиза. Этот эпизод называют самым грандиозным грабежом в истории IT. Но у самого Джобса об этом несколько иное мнение.

Всё сводится к попытке открыть для себя лучшее, что сделали люди, а затем попробовать взять оттуда что-то для себя. Пикассо как-то сказал, хорошие художники копируют, великие художники воруют. И мы никогда не стеснялись воровать великие идеи.

Ну, хотя бы честно. Кстати, а почему Лиза? За этим, вероятно, стоит что-то глубоко личное. Стив Джобс был машиной во производство денег и революции, но в личной жизни обычным человеком со всеми притекающими. В 78 году его давняя подруга Крисэнн Бреннан (Chrisann Brennan) забеременела, но не признал отцовства. История становилась всё более абсурдной, Криссон даже обратился в суд, чтобы обязать Стива платить алименты. Историю с удовольствием муссировали СМИ. Примерно в то же время появляется проект нового компьютера от Apple, который повторяет имя дочери Криссон— Лиза. Почему Джобс решил назвать свой любимый проект именем ребёнка, которого отказался признать, остаётся загадкой. Тем временем пиар-менеджерам, которые работали с компанией, пришлось изобрести невразумительный бэкроним Local Integrated Systems Architecture, которое как будто расшифровывало название проекта. Обмануть хоть кого-то таким образом не вышло, а в самой Apple ходили альтернативные шуточные расшифровки вроде Lisa, двоеточие, Invented Stupid Acronym, Лиза, выдуманная идиотская аббревиатура. Лиза вышла на рынок в 83-м году и провалилась в продаже. Конечно, графически это был совершенно новый уровень, но честно говоря, ничего на 10 тысяч долларов Лиза не умела. К тому же, мир уже 2 года сходит с ума по компьютеру от IBM, самой могущественной и популярной корпорации на континенте, которая ещё и стоит в 8 раз дешевле. Apple нуждалась в новой киллер-фичи, которая раз и навсегда перевернёт игру. И Джобс её находит. Мы один народ, с одной волей, с одной решительностью, с одной причиной.

Наши враги соберутся к смерти, когда мы

обстрелим их с их собственной конкуренцией. Мы пройдем!

Это

культовая реклама, снятая Ридли Скоттом, одним из самых горячих режиссеров начала 80-х, уже тогда выпустившим вечные хиты «Чужой» и «Бегущий по лезвию». В её основе метафора из романа Джорджа Оруэлла «1984». В роли большого брата, который следит за тобой и контролирует все сферы жизни, главный соперник Джобса и Возника – IBM. А девушка-революционерка, бросающая вызов в системе – конечно же, Apple. Ролик показали во время трансляции финального матча Национальной футбольной лиги – Супербоула. Это главное спортивное событие в Америке, а ещё самое горячее и самое дорогое рекламное время в году. Эффект был невообразимый. Во-первых, это было настоящее произведение искусства, какого рекламный рынок ещё не видел. Абсолютно новый уровень. Во-вторых, большие скучные корпорации всем надоели, и образ, придуманный Оруэллом и так удачно совпавший с годом выхода рекламы, попал в яблочко, если вы понимаете о чём я. По

нашим подсчетам, мы получили бесплатные рекламы на 45 миллионов долларов, потому что её транслировали снова и снова по телевидению во всём мире. Просто никто никогда не видел такой рекламы раньше.

Говорит Джон Скалли, руководитель Apple на тот момент. К нему мы ещё вернёмся. Ну и в-третьих, сам продукт. Элегантный, с лучшими чему IBM графическими характеристиками и простой в использовании как тостер. Макинтош, кстати названный в честь любимого сорта яблок Джобса, должен был стать хитом продаж. Макинтош вошел в историю как первый компьютер с разнообразными и профессиональными шрифтами. Просто мёд для глаз. А благодарить за это мы должны ещё одну странную историю из жизни Джобса, о которой он рассказал на вручении диплома в Стэнфорде. Той же, где он призывает оставаться голодными и глупыми. Как мы помним, Стив отчислился из колледжа после первого семестра, но остался в нём вольным слушателем. Он не понимал, чего хочет делать по жизни, и в попытках нащупать это цеплялся за свои разные, порой очень специфические интересы. Это было не так романтично, как может звучать. Я спал на полу в комнатах друзей, сдавал бутылки из-под колы по 5 центов, чтобы купить еду, и ходил 7 миль через весь город каждое воскресенье, чтобы хоть раз в неделю нормально поесть в храме Харе Кришна. Но многое из того, на что я натыкался, следуя своему любопытству и интуиции, впоследствии оказалось бесценным. Одним из таких странных интересов стала каллиграфия. В колледже Джобс изучал шрифты с засечками и без, игрался с расстоянием между буквами, их наклоном и очертаниями, и понимал, что никогда в жизни не применит это на практике. Но он ошибался. Спустя 10 лет он создал Macintosh, который стал первым компьютером с профессиональной типографикой. Если бы я не записался на тот курс колледжа, у Mac никогда бы не было нескольких гарнитур и такого количества шрифтов. А поскольку Windows просто скопировала Mac, то, скорее всего, ни у одного персонального компьютера этого бы не было. Говорил Джобс. Ох, Стив, и тут не упустил шанса потроллить Билла. Вот как он вспоминал, почему всё это затеял.

Я варился в этих мыслях несколько месяцев. И вскоре до меня наконец дошло, что если мы не сделаем что-то на этом поле, у Apple II просто закончится топливо. Нам нужно было сделать что-то очень быстро, Или Apple мог перестать существовать как компания. Итак, я сформировал небольшую команду для создания Macintosh. И мы с ней будто выполняли божественную миссию по спасению Apple.

Вспоминал Джобс. Цена на итог этой божественной миссии, правда, тоже впечатляла. Инженер, выбиравший процессор для нового компьютера, предложил Джобс удержать цену ниже 1000 долларов. Тогда продукт был бы массово доступным. Но миссия оказалась невыполнимой. Джобс решил не демпинговать и вместо предложенных 600 долларов назначил цену в 2500, на целую тысячу дороже, чем стоил IBM PC. Чтобы переломить ситуацию, Стив решает нанять опытного менеджера, который наладит дистрибуцию Macintosh. идет не к кому-то там, а прямиком к CEO одной из самых богатых корпораций Америки, PepsiCo.

У Стива тогда были длинные черные волосы и очень пронзительные черничные глаза. Он сначала посмотрел вниз на свои ботинки, Затем поднял глаза на меня и сказал, «Ты хочешь продавать сладкую воду до конца своих дней или пойти со мной и

изменить этот мир?» Вспоминает CEO PepsiCo Джон Скалли.

Я почувствовал, как будто кто-то дал мне поддых. Через несколько недель я уже работал в Apple.

Ай да Джобс, ай да сукин сын. Снова поле искажения реальности Стива сработало. Хотя, вероятно, дело не только в нём. К этому моменту Apple уже была публично торгуемой компанией. IPO в 80-м году прошло невероятно успешно и сделало Джобса, Возника и ещё около 100 человек, владевших акциями Apple, долларовыми миллионерами. Размещение акций, кстати, стало хорошим маркером того, какими разными людьми были основатели компании. Возник раздает свои акции всем сотрудникам, стремясь сделать миллионерами как можно больше людей вокруг себя. У него самого теперь и так денег больше, чем за всю жизнь заработали его родители. Не жалко. А Джобс очень тщательно отбирает тех, кому достанутся опционы, и навсегда ссорится из-за этого с несколькими ближайшими друзьями. Apple в середине 80-х не только очень богатая, но и очень модная компания. Работать в ней мечтают десятки тысяч человек. Джобс изобретает жанр минималистичных шоу-презентаций своих продуктов и становится настоящей рок-звездой. Выступление, посвященное Macintosh, он начал стихами любимого им с юности Боба Дилана о том, что времена меняются. Помимо Джобса в презентации участвовали другие сотрудники Apple, тоже периодически срывая овации аудитории. И сам Макинтош, который рассказывал о себе с помощью программного генератора речи. Его низкий металлический голос тонул в овациях и ликовании слушателей.

Теперь вы решаете, какой более софистичен.

Но быть популярным не всегда равно быть коммерчески успешным. Именно это произошло с Macintosh.

Mac не особенно много умел. У нас были MacPaint и MacWrite, наши единственные приложения. И рынок начал это понимать.

Говорит Джон Скалли.

К концу года люди говорили, что, может быть, IBM PC не так прост в использовании или не так привлекателен, как Macintosh. Но он делает то, что мы хотим на самом деле. У них есть электронные таблицы, текстовый процессор и базы данных.

Продажи не росли, а напряжение в компании, напротив, росло очень быстро. Джобс был влюблен в свой продукт, обвинял в провале маркетинговой стратегии гендиректора Скалли и срывался на сотрудниках.

Люди приносили ему проекты, над которыми работали, чтобы он на них взглянул. Это могло происходить, например, в час ночи.

Это снова Джон Скалли.

Иногда Стив говорил, что он даже не будет смотреть на это. И они говорили, но Стив, я работал над этим 25 часов. А он отвечал, я знаю, но этого недостаточно. Пойди поработай еще.

Он затягивал совещание с жесткими разборами полетов до полуночи. А следующую встречу мог назначить на 7 утра. Из компании уволились несколько ключевых инженеров. И даже Стив Возняк не выдерживал выходок Джобса. Он хотел уйти совсем, но в итоге остался на полставки. Джоб становился все более и более невыносимым и все более уверенным в себе. Казалось, он едва сдерживается, чтобы не уволить вообще всех и в одиночку вести компанию туда, куда считает нужным. Но на этот раз поле искажения реальности подвело Стива. Произошло то, во что не мог поверить ни он сам, ни миллионы людей по всему миру.

Привет, это Лика Кремер, основательница студии Либо-Либо. Подкаст, который вы слушаете, это подкаст, сделанный нашей командой. Возможно, вы уже знаете, что у нас есть подписка Либо-Либо+. Наши подписчики могут слушать бонусные выпуски, получать ранний доступ к премьерам и слушать подкаст студия о том, как устроена наша работа. Теперь оформить подписку можно на Boosty и на Patreon. И, как и раньше, в Telegram и в приложении Apple Podcasts. Выбирайте, что вам удобнее. Подписка— лучший способ нас поддержать. Но зачем? У вас ведь есть реклама, скажете вы. Да, мы очень благодарны нашим партнерам, но тут такое дело. Реклама чаще всего продается в безопасные и нейтральные проекты. Трудно найти рекламодателей для расследований, подкастов о насилии и неравенстве. Чтобы мы могли продолжать делать то, что делаем, нам нужны независимость и вы. Спасибо, что вы с нами.

Что я могу сказать? Я нанял не того парня. Он разрушил все, над чем я работал 10 лет. Начиная с меня, но это была не самая грустная часть. Я бы с радостью ушел из Apple, если бы Apple стала такой, какой я хотел.

В это невозможно было поверить, но на Земле и правда существовал парень, который смог выгнать Стива Джобса из компании, которую тот создал. Этого парня звали Джон Скалли. Да. Это именно тот продавец сладкой воды, который пару лет назад принял из рук Джобса красную таблетку и пошёл менять мир вместе с ним. В 1985 году Скалли представил Совету Директоров план по спасению Apple. И в этом плане не было Стива Джобса.

Он воспринял это как личное нападение и начал атаковать Скалли в ответ. И как бы загнал себя этим самым в угол. Потому что был уверен, что Совет Директоров поддержит его, а не Скалли.

Вспоминает Энди Херцфельд (Andy Hertzfeld), старший программный архитектор Macintosh. Но случилось наоборот. Совет директоров большинством голосов постановил, что компании будет лучше без основателя. Джобс в ярости покинул собрание и был уверен, что они об этом еще пожалеют. И надо сказать, не он один.

После того, как Стив покинул компанию, она потеряла свой компас. потеряла свою миссию, она потеряла свой основополагающий дух,—

считает Майкл Мориц (Michael Moritz) одного из старейших венчурных фондов Кремниевой долины Sequoia Capital.—

Её продукты устаревали, а Microsoft в это время становилась всё сильнее и сильнее.

Да-да, мы уже почти забыли про Microsoft, а он тем временем превратился в мощнейшую корпорацию и задвинул Оруэллскую IBM на второй план. К концу 80-х самые жаркие бои переместились с рынка железа на рынок операционных систем. И Джобс это очень хорошо понимал. Уходя из Apple, он продал часть своих акций и на эти деньги запустил компанию по разработке компьютеров и софта— Next. Он знал, Apple и Microsoft, конечно, были в одной лодке против лайнера IBM и пытались сотрудничать. Но все подходы Гейтса к написанию популярной операционки для Mac ничем не заканчивались. У Macintosh была иная архитектура, чем у IBM совместимых компьютеров. И в конечном итоге Apple хотела строить собственную закрытую экосистему. За чуть больше чем 10 лет работы NeXT представила несколько по-настоящему крутых самостоятельных продуктов. Пожалуй, самым заметным из них была рабочая станция NeXT Cube— очень мощный и стильный компьютер. Только представьте, системный блок в виде идеального чёрного куба. Мониторы, клавиатуры и мыши— всё чёрное. Его любили, например, в университетах, и именно на нём Тим Бернерс-Ли. Но судьбоносным продуктом для Джобса стала всё-таки операционная система NextStep, которую в том числе можно было использовать на компьютерах Apple. Она оказалась так хороша, что компания, из которой его так унизительно выгнали, купила не только софт, а всю Next целиком за почти полмиллиарда долларов. Так, в 1997 году Джобс триумфально вернулся в основанную им компанию. Сначала как глава нового подразделения, которое превратилось купленное Next, а потом уговорил совет директоров Apple, которая тогда находилась в iCEO. Через 3 года эта приставка отвалилась, и Джобс снова стал полноправным главой Apple. Вот эта многоходовочка. Первым делом он запустил что? Правильно. Рекламную кампанию со знаменитым слоганом «Think Different». В ней Альберт Эйнштейн, Мартин Лютер Кинг, Джон Леннон, Мохаммед Али, Пабло Пикассо и другие великие революционеры иллюстрировали свой призыв думать иначе, не так как все. И хотя некоторые могут видеть их как безумные, мы видим гению. Потому что люди, которые безумны достаточно, чтобы думать, что они могут изменить мир, Таким образом, Джобс обыгрывал знаменитый слоган IBM Think, как бы обозначая приход следующего поколения, стартаперов, унаследовавших величие корпораций. А ещё, определённо мыслил в этом ряду великих себя. Он вернулся, он будет мыслить иначе и снова изменит мир. Менять он его начал уже в девяносто восьмом году, когда представил, пожалуй, самые сумасшедшие своих проектов— iMac. Это был не компьютер, космический корабль. Конечно, это ещё не те тонкие iMac'и с огромными экранами, которые есть у нас сегодня, но для своего времени это был просто взрыв мозга. Компактный, обтекаемый, единый, больше никаких громоздких блоков питания, стоящих под столом. Всё внутри. Дизайн максимально футуристический. Прозрачный корпус цвета морской волны, сквозь который видна начинка iMac. Сверху ручка для переноски, утопленная в корпус. Всю эту красоту придумал Джони Айв (Jony Ive), будущий вице-президент компании по дизайну. Всё-таки умел Джобс привлекать талантливых людей. Сам он говорил, что iMac словно прибыл с прекрасной планеты, населённой выдающимися художниками. А его задняя часть прекраснее, чем передняя часть любого другого компьютера. Привет отцу с жизненным уроком про идеальный забор. Технически это тоже была революция. Масс-маркет-компьютер с USB, способом передачи информации, о котором тогда почти никто не знал. CD-ROM вместо floppy drive для дискет. Это, кстати, было полным безумием, потому что дисками не пользовался примерно никто, а дискетами примерно все. Традиционно космической графикой и увеличенной памятью. В общем, очень круто. iMac произвел фурор, стал самым быстро продаваемым компьютером в истории Apple и буквально выдернул компанию банкротство. iMac пережил много итераций, остается мегапопулярным персональным компьютером до сих пор и все еще выглядит как устройство из будущего. В 2024 году в мире насчитывается более 100 миллионов пользователей Mac. Ожидаемая выручка от продажи Mac разных версий в первом квартале составила почти 8 миллиардов долларов. Благодаря коммерческому успеху Mac в свое второе пришествие Стив Джобс запустит еще много революционных вещей, которые в корне изменят целые индустрии.

iPod в 2001 iTunes в 2003 iPhone в 2007 Это не три отдельных устройства. Это один устройство. И мы называем его iPhone.

Но это уже совсем другая история. Apple навсегда вписала своё имя в историю персональных компьютеров, создав сначала первый массовый ПК в привычном нам виде – Apple II, затем первый профессиональный графический компьютер – Lisa, а потом главный конкурент IBM совместимых компьютеров, который до сих пор считается лучшим девайсом для работников креативной индустрии, повлиявшим на образ мысли тысяч человек – Macintosh и его потомок iMac.

«Мир для меня не будет прежним с тех пор, как я взял в руки мышь от Mac. Вся моя жизнь изменилась, и я решил построить карьеру компьютерного художника».

Говорит Дэна Мьюз, основатель дизайнерской компании HypnoVista. А еще Джобс научился продавать все свои продукты дорого, не объясняя, почему мы должны платить ему выше рынка. Просто потому что он так сказал. И мы покорно платим. Снова поле искажения реальности Стива.

Поле искажения реальности— это когда он говорит «Это стоит всего 1800 долларов». И люди аплодируют. А когда они приходят домой, то говорят сами себе «Так, мой компьютер стоит 900 долларов. Почему я считаю тот факт, что новый стоит 1800, хорошим? И почему я покупаю его, несмотря на то, что у меня нет ответа на

этот вопрос?» Это журналист и автор фильма о Джобсе Роберт Крингели.

Мы говорим не о цифрах. Мы говорим не о чем-то рациональном. Мы говорим об эмоциях.

Джобс заработал столько денег, что не знал, что с ними делать. Однажды он даже пришел к знаменитому Уоррену Баффету с вопросом, куда деть накопившиеся на счетах миллионы, но так и не воспользовался ни одной инвестиционной стратегией. Кстати, миллиардером Джобса сделала не Эппл. Конечно, благодаря Эпплу он сильно разбогател, но космически богатым он стал после покупки у Джорджа Лукаса студии Pixar. Она изобрела новый, очень коммерчески успешный жанр анимационного кино. Помните историю игрушек и корпорацию монстров? И с большим успехом вышла на IPO в 1995 году. Всю оставшуюся жизнь Стив провел с женой и тремя детьми в простом доме в Пало-Альто. Без высоких заборов и десятков комнат. Носил ставшие его фирменным знаком черной водолазки, а из причуд на богатом у него были разве что мерседесы купе, которые он менял каждые полгода. И благодаря этому по калифорнийскому закону не ставил номерные знаки, потому что не нравился ему их дизайн.

Я стоил около 1 миллиона долларов, когда мне было 23. Порядка 10 миллионов долларов, когда мне было 24, и больше 100 миллионов долларов, когда мне было 25. Но это было неважным для меня, потому что я никогда не занимался этим ради денег.

Собственную биологическую мать он разыскал с помощью частного детектива уже в зрелом возрасте. По словам самого Джобса, незадолго до своей смерти его приемная мать Клара рассказала ему детали усыновления. Он нашел в телефонном справочнике контакты врача, чье имя было указано в его свидетельстве о рождении. Врач сначала сказал Джобсу, что все документы о его биологических родителях сгорели при пожаре, но это оказалось ложью. Документы сохранились, врач запечатал их в конверт, на котором написал «Отправить Стиву Джобсу после моей смерти». Получив их, Джобс наконец связался со своей матерью Джоанн Кэрол Шибле. Она родила Стива, будучи незамужней 23-летней студенткой Висконсинского университета. Отец Кэрол, узнав, что его дочь беременна, угрожал лишить её наследства, если та выйдет замуж за сирийца Абдулфаттах Джандали, и настаивал на аборте. Позже он всё же одобрил роды, но при одном условии— сына сразу же отдадут в приёмную семью. Стив не держал зла на мать, и когда та в очередной раз извинялась перед ним за то, что сделала, ответил «Не переживай, у меня было счастливое детство». Он познакомился и поддерживал связь со своей биологической сестрой, писательницей Моной Симпсон, родившейся от той же связи. Вместе они нашли своего отца, но идти к нему навстречу Джобс отказался. Хотя, как выяснила Мона, Стив виделся с отцом и даже пожимал ему руку, сам того не зная.

Итак, Мона идёт в кофейню и знакомится с этим человеком, мистером Джандали, который сначала, конечно же, говорит, как ему жаль, что всё так получилось, а потом сообщает, что у него есть ещё один ребёнок. Мона спрашивает, что же с ним случилось, а он отвечает, «О, я не знаю. Думаю, мы никогда не услышим о нём». Но мне очень хотелось бы, чтобы он увидел, как я руковожу большим проектом. У меня ведь один из лучших ресторанов в Кремниевой долине. Туда приходили буквально все. Даже Стив Джобс ел у меня. Мона была шокирована, но не сказала, что Стив Джобс его сын. И пока Мона ошарашенно молчала, отец добавил «Да-да, и Джобс оставлял отличные чаевые».

Рассказывает Айзексон. Сам Стив вспоминал эту встречу так. Я

был в этом ресторане раз или два. И помню, как встретил владельца. Мы пожали друг другу руки. И на этом все.

В 2003 году у Стива Джобса при плановом обследовании обнаружили рак поджелудочной железы. Эта форма онкологии вообще-то очень опасна, но у Джобса оказался редкий, поддающийся оперативному лечению тип заболевания. Тем не менее он отказался от операции, потому что, цитата, «не хотел, чтобы его тело вскрывали». И на протяжении года пытался лечиться методами нетрадиционной медицины. Вернулся к растительной диете, проходил курсы иглоукалывания, лечился травами, ходил к медиуму. Когда всё это ожидаемо не помогло, он всё-таки лёг на операционный стол, но было уже слишком поздно. Основную опухоль вырезали, но с метастазами, образовавшимися за это время в печени, уже ничего нельзя было поделать. Курсы химиотерапии, на которые он тоже в конце концов согласился, не давали особого эффекта. Всё это время Джобс скрывал от общественности проблемы со здоровьем. В первую очередь потому, что сообщения о его болезни плохо влияли на стоимость акций Apple. Свою экстремальную худобу он объяснял то вирусной инфекцией, то гормональным дисбалансом. Но слухи о том, что происходило на самом деле, просачивались в СМИ. А в 2008-м, после презентации MacBook Air, на который без слёз на Джобса взглянуть было сложно, Bloomberg по ошибке опубликовала его некролог, заготовленный заранее. Стив ответил на это цитатой из Марка Твена «Слухи о моей смерти сильно преувеличены». В конце концов, в августе 2011 года Джобс всё-таки ушёл с поста CEO Apple, чтобы разобраться со здоровьем. И через 8 месяцев умер в своём доме в Калифорнии в окружении жены и детей.

Помню, как сидел у него на заднем дворе в его саду. И он вдруг начал говорить о Боге. Он сказал, «Иногда я верю в Бога, иногда сомневаюсь. Я думаю, 50 на 50. Но с тех пор, как у меня обнаружили рак, я стал думать об этом больше». И я понял, что я стал более верующим. Я бы хотел верить в загробную жизнь. Ведь когда мы умираем, вся мудрость, которую мы накопили годами, не исчезает. Она каким-то образом продолжает жить. Затем он сделал паузу на секунду и сказал «Но иногда мне кажется, что это как щелчок выключателя. Клик, и тебя нет».

Последними словами Стива были «Ничего себе! Ничего себе!

Ничего себе!» Конечно, можно сказать, а что такого? Любой мог бы сделать Макинтош, любой мог бы сделать айфон, любой мог бы придумать CD-ромы в компьютерах, FireWire.

Говорит Гай Кавасаки, евангелист Apple и писатель.

Любой мог бы сделать что угодно из этого списка. Но никто не сделал, кроме него. В этом и заключается гений Стива Джобса.

Это подкаст Студии Либо-Либо. Сценарий к этому эпизоду написала Лера Житкова. Отредактировала его Евгения Щербина. Спродюсировали Маша Агличева, Кирилл Сычев и Павел Боровков. Проверял факты Александр Селантиев. А со звуком работали Юрий Шустицкий и Ильдар Фатахов. Спасибо, дорогие друзья, до встречи через неделю.